– Потому что вы мне поверили, полиции каракал!
– Безобразие! Выдумки! Небылицы! Ты всё врёшь, пятнистое кривое животное! Звери добрые! Слово честного журналиста против слова какого-то неизысканного жирафа! Ну? Кому вы поверите?
– Конечно, честному журналисту! – заверила попугая Лама со светлой мордой. – Все эти обвинения дики и голословны! Наверняка жираф сговорился с этой дохлой Безвольной Лапкой!
– Вот именно! – ухватился за удобную версию попугай. – Тем более, я слышал, что тоннель в пещеру вулкана Суронго ведёт прямиком из норы сурикатов! Конечно же, они были в сговоре! А теперь это наглое непропорциональное животное обвиняет меня, ни в чём не повинного жёлтого журналиста! Я не имею к фруктам в вулкане ни малейшего отношения!
– Как вы объясните лаз, прорытый из норы сурикатов в ваше бывшее убежище в жерле вулкана Суронго, жираф Рыжераф?
– Этот лаз был уже какое-то время.
Дело в том, что я подторговывал сочными фруктами, сорванными ночью с высоких ветвей, свисавших над стенами Изысканной Резиденции…
– Незаконно!.
. Мерзко!.. Преступно!.. Продажа краденого!.. – послышалось из толпы. – Деревья в Изысканной Резиденции принадлежат уважаемым львам!
– Но ведь вы сами покупали у меня эти краденые фрукты, – пробормотал жираф. – Ведь как-то же надо было вам выживать без воды, хотя бы за счёт фруктового сока… А мне как-то же надо было зарабатывать: после свержения жирафов мне никто не давал работу… Так вот, я продавал эти фрукты, но у некоторых зверей – например, у Безвольной Лапки – вовсе не было денег.
Поэтому я отдавал ей бесплатно залежавшиеся фрукты, гнильё…
– Так вот, значит, чем она меня угощала, чтобы я молчала про тайный лаз! – воскликнула Сурикатька.
– Ну, чем она кого угощала, этого я не знаю, но лично я давал ей подгнившие фрукты для её голодных детёнышей.
– Безвольная Лапка знала, что вы передали пещеру с фруктами Попке?
– Да, сразу после сделки, когда я даже ещё не понял, что кокоши были фальшивыми, я сказал Безвольной Лапке, чтобы она больше туда не ходила, потому что хозяин теперь – попугай, который страшно разбогател.
– Пр-р-ротестую! Не было никакой сделки! Мне никто не передавал никакую пещеру! Я никогда там не был! И ничего я не богател! Этот жираф всё врёт!
– Ишь, кисти как у каракала топорщатся, – всплеснула копытами Бородавочница. – А всё потому, что она их вообще не стрижёт!
– Да, лучше бы вы привели себя в порядок, полиции каракал, вместо того чтобы обвинять эту честную птицу так огульно и голословно, – сказала Лама.
