– Получается, – тихо сказала она, – что найти преступника невозможно?
Бабкин не стал отвечать. Сам он считал именно так.
– Почему же? Возможно, – раздался голос Макара, и Сергей удивленно взглянул на друга. Пока они не продвинулись ни на шаг в расследовании, не считая того, что узнали несколько неприятных деревенских тайн. – Мы с Сергеем довольно много сделали, – невозмутимо продолжал Илюшин, и Бабкин еле сдержался, чтобы не пихнуть его под столом ногой. – Завтра или даже сегодня я поеду в город, потому что мне нужно кое-что выяснить.
Вот тогда можно будет поговорить более предметно.
Он поднялся, сделал шаг к двери и остановился.
– Вероника, хочу вас предупредить, – начал он, и женщина резко повернулась к нему. – Когда мы найдем убийцу вашей матери, улик против него, скорее всего, не будет – по причинам, которые я привел. Поэтому в процессуальном плане наше расследование даст немного. Здесь стоит рассчитывать только на прокуратуру.
"
"– Я буду знать, – прошептала Вероника. – Важнее всего мне знать самой. Знать наверняка.
– Тогда подождите немного, – небрежно проговорил Макар. – Всего лишь несколько дней.
Сергей догнал его у дороги.
– Что! Ты! Им! Плел! – рявкнул он шепотом, потому что боялся, что его громогласный вопль услышат в доме. – Макар, какой «предметный разговор»? Какое «продвинулись в расследовании»?
– Знаешь, меня это дело заинтересовало, – невозмутимо изрек Илюшин. – Поэтому я действительно собираюсь съездить в город – развеяться, подышать смогом.
Можешь распаковывать свою тачку – отвезешь меня сегодня вечером.
– Какого хрена?! – не сдержавшись, возопил Бабкин. – Макар, мы ничего не узнали и не узнаем! Егорова отпустят, потому что против него улики косвенные, смешные.
– Но им ведь нужно не это, – обернулся к нему Макар. – Веронике с Марией. И, между прочим, мы с тобой уже многое узнали.
– Что?! – Сергей беспомощно остановился посреди дороги.
– Вытащили скелеты из шкафов? Испачкались в чужом грязном белье?
– Фантазии тебе не хватает, Серега, – с сожалением признал Илюшин, беря его за руку и переводя через дорогу, как ребенка. – Ты опираешься на классические правила расследования, которым тебя в институте учили.
– Потому что других нет! Нет других правил, Макар, ты же сам им, – он кивнул на дом Егоровых, – все объяснил! У нас ни улик, ни свидетелей.
