– Кстати, как спалось? По грядкам не бегал?
Макар зевнул, потянулся и сообщил:
– Сон мой был крепок и чист. С утра нас успели посетить оперативники. Судя по их вопросам, они не сдвинулись с места ни в какую сторону.
Бабкин помрачнел.
– Как и мы. – Налил себе чаю в чашку и задумчиво положил пять ложек сахара. Увидевшая это тетушка всплеснула руками:
– Куда такой сладкий? Вредно!
– Тебе вредно, а мне полезно. У меня напряженная умственная деятельность, ее нужно стимулировать сахаром.
– Сказала бы я, какая у тебя деятельность, да Макара стыжусь, – проворчала тетушка, пряча сахарницу в буфет.
– А будешь много сладкого есть – растолстеешь, и ни одна рыжая девица на тебя не польстится.
– Ладно, – серьезно согласился Бабкин, – можешь одну ложку вынуть.
Тетушка обрадованно схватила чайную ложечку, обтерла ее об фартук и уже собиралась окунуть в кружку племянника, как до нее дошло, что над ней издеваются.
– Ах, засранец! – покачала она головой и сунула ложечку в карман. – Ну, погоди, и тебе…
Не договорив, она пошла к выходу.
– Стой, куда ложку потащила? – крикнул ей вслед Бабкин. – Что за клептоманские привычки?!
Но дверь за тетушкой уже захлопнулась.
Переведя взгляд на Илюшина, Сергей увидел, что тот сидит с напряженным лицом.
– Ты догадался, кто наш убийца? – с надеждой спросил Бабкин, обжигаясь горячим чаем.
Но Макар отрицательно покачал головой:
– Серега, что ты пел, когда вошел?
– Я? «Ивасей». Это такие барды крутые.
– Про «Ивасей» я и сам знаю, – отмахнулся Макар.
– Слова напомни.
– Ну… – нахмурился Бабкин. – «Я хотел быть высокой сосною, чтобы время катилось рекой, чтобы ты, проходя подо мною, по коре проводила рукой».
Макар страдальчески закатил глаза.
– Серега, ты спой не то, что тебе твое примитивное и неглубоко скрытое Я подсказывает, а то, что ты пел при мне! Там слова были какие-то очень важные…
– А, самое начало… Короче, сначала про сосну, а потом – «по утрам не расчесывать хвою».
– «И не мыться, пока не польет», – вспомнил Макар.
– Отлично. Спасибо, Серега, я поймал мысль.
Он встал и быстро пошел к двери.
– Какую? – крикнул ему вслед Бабкин, но Илюшин уже был за дверью.
Сергей пожал плечами и принялся допивать чай.
Макар нашел Ирину Егорову в саду, поздоровался и сразу перешел к тому, что его интересовало:
– Ира, ваша семья ходит мыться к Липе Сергеевне, правда?
– Да, – кивнула девочка. – С тех пор, как наша баня сгорела. Они нас пускают.
