Не могу позволить себе упустить хоть что-то из движений Жени, и потому исподтишка рассматриваю его играющие от напряжения скулы, сжатые губы и остро-серьезный взгляд, который совсем недавно был вяжущим-расслабленно-искушенным. Широкая грудь высоко вздымается, и я уплываю вследза этим, а зетм цепляюсь взглядом на выступающей части брюк, испытывая легкую панику.
Но ведь надо собраться? Я четко понимаю, что сегодня у нас все случится, и я не буду бояться в процессе, потому что буду гореть. А пока мысли продолжают вращаться насчет первого раза, который может быть не таким сказочным, как я нарисовала себе в голове.
Меня бросает то в жар, то в холод, и я растягиваю губы в улыбке либо жую их, покрываясь крупными мурашками по всему телу.
Я полностью доверяю этому мужчине, я его люблю, но может сейчас во мне кричат отголоски стресса? Или я просто сошла с ума и накручиваю себя. А еще одержимо размышляю о том, достаточно ли изящное на мне белье. Понравится ли ему? Чулки точно понравились. Этот огненный взгляд навсегда останется со мной вместе с теми матами, что он гнул мне в лицо, вряд ли до конца осознавая происходящее.
Мысленно благодарю саму себя, что сходила на шугаринг, а то сейчас бы весь этот ужас показался бы Жене в самом неприглядном свете. Дышу часто и много и вполне возможно, что от гипервентиляции грохнусь в обморок, но все равно накручиваю себя. Хватит! Это же мелочи, да? Может даже если бы я была волосатой как обезьяна, он бы не заметил, потому что был бы занят совсем другими вещами? Да, так и есть.
И белье неважно, важно же без?
Когда машина останавливается возле невзрачного дома, моя душа практически выпрыгивает из груди.
—Приехали, мы тут до завтра, а затем дальше, — Женя отпускает мою руку, выходит и идет к пассажирской двери, но я уже выпрыгиваю их машины и сталкиваюсь с огромной фигурой, обхватывая руками приятно пахнущего мужчину, моего... Крепко-крепко держу и с закрытыми глазами произношу то, что вряд ли бы осмелилась сказать прямо в глаза, просто потому что от стыда сгорела бы.
—Мне немного страшно, но ты не останавливайся, — последнее шепчу чуть тише, сворачивая голову к подрагивающему кадыку. —Если я буду делать что-то не так, научи меня, пожалуйста, — слегка касаюсь шеи губами, отчего стальной захват рук усиливается в области поясницы. Женя тянет меня на себя, опуская голову на мою макушку. Легкий поцелуй, и я улетаю куда-то, теряя остатки мозга.
—Свет, ну что ты… — отвечает он так хрипло, как будто голос отняло.
