"
"—Ты уже разогрелась? — он целует меня в лоб, и мне кажется, таким образом обрисовывает допустимую территорию, на что я отрицательно машу головой, мол «нет».
Подняв взгляд, сталкиваюсь с опущенными в пол глазами всех парней, что до этого стояли и весело болтали, судя по их искрящим лицам. Вау. Да тут работа была проведена на миллион!
—Тогда бегом, разминаемся, приседаем, — поворачивается к своим пацанами и кричит.— Ща глаза зашью, блять!
От греха подальше отхожу вглубь зала, но тут куда не подойти — всюду мужики, и все могут посмотреть, если судить по субъективному мнению моего брата.
Слегка улыбнувшись, я начинаю разминаться, четко понимая, что вообще-то форму растеряла. На меня и правда обращают внимание, но как только я это замечаю, глаза опускают…Разумеется, все в курсе, чья я дочка. Никто не хочет остаться кастрированным в молодые годы.
Зачем так рисковать? Разве тем, кто любит риск.
И все бы ничего, но мысли возвращаются в другое русло.
А где же Женя? Мой потерянный взгляд скользит по залу, но не встречает своей цели.
Зато мужчины словно нарочно начинают показывать себя во всей красе. Я тут единственная девушка, а дядя Ваха тренирует исключительно спецподразделения и охранные службы, вот у него тут и собираются сливки общества. Даже Янкин Бодя тут тягает железо со своей группой.
На мне очень много внимательных и слишком жарких взглядов, на которые купилась бы любая. Но не я.
Размявшись, подхожу обратно к брату, но тот в самом разгаре и «месит тесто», как он называет тренировку с грушей.
Пот стекает по спине, оставляя темные пятна, но мой брат как машина продолжает методично наносить удары. В какой-то момент я серьезно начинаю задумываться о том, не слетит ли она с петель или не оборвется ли трос. За брата особо не переживаю, тут скорее земля подо мной разверзнется, чем он пострадает.
—Эй, годзилла! — смеясь, зову Вэ, и тот прекращает месиво. Поворачивается ко мне и, стирая пот со лба, запыхавшись, спрашивает:
—Готова?
Я киваю, не вполне себе представляя, как именно начнутся занятия.
Мы выходим на маты, и душа плавно стекает на пол. Я вроде как понимаю, что Вэ мне не навредит, но я ведь должна учиться, а значит сейчас надо быть готовой ко всему.
—Давай потрогай меня сначала. Уясни, как руки двигаются, в чем их предел, — раздает указания брат, резко надев маску серьезности. Уже без шуток он протягивает руки ко мне, призывно раскрыв ладони, и я начинаю ими крутить.
—Не знаю, о чем ты именно говоришь.
—Узнай мой предел НЕболи.
