Простить, попросить прощения, сказать о своих чувствах? Может кому-то от этого стало бы легче перенести потерю? – Как вас зовут? – да, в приписном листе, что сейчас находился в руках у Колина, эта информация была, но мне хотелось, чтобы жертва осознавала себя личностью.
– Морис Горто, – я записала у себя в тетради, чтобы навсегда запомнить того, с кого началась моя карьера здесь, и запечатлеть, ради чего я это делаю. А дальше пошли стандартные вопросы.
– Сколько вам лет? Вы состоите в браке? Есть ли дети?
– Тридцать пять.
Женат, сын, Марко, пять лет, – плакать нельзя, а очень хочется.
– Что я могу им передать? – да, знаю, сначала нужно узнать детали, что это важнее, но не я спросила это раньше, чем подумала, чем заслужила недовольный вздох своего наставника.
– Скажите Мэри, что я люблю ее, и что не хочу, чтобы она оставалась одна… А Марко, что теперь он отвечает за маму, что я горжусь им и всегда буду рядом, – глаза Мориса начала заволакивать белесая пелена. Я, не глядя полоснула по ладони, и в этот раз тьму не пришлось ни о чем просить, она сама сделала все, что надо.
– Обещаю, я передам. А теперь, расскажите что произошло. Вас хотели ограбить? Вы помощник судьи в ратуше?
– Да. Я шел домой. Задержался, было много процессов и бумажной работы после них. Судья выписал премию. Я хотел купить Мэри новое пальто, а Марко магический движик, – я удивленно посмотрела на Дэвона, он отмахнулся, мол, потом.
– Хорошо, что произошло потом? Вы шли обычным путем?
– Нет, хотел вызвать движ, но в нескольких кварталах от ратуши есть кондитерская, пошел туда.
– То есть вы хотели купить семье сладостей и поэтому сменили обычный маршрут? – это означало, что преступление не было запланированным. Хотя… Если его выслеживали, все-таки помощник судьи.
– Да. Купил. Надо было вернуться к ратуше, но я решил срезать до сквера Ранункулос и поймать движ там, – чую, мне пора завести словарик, уж больно много необычных слов приходится слышать.
– Так вы, Морис, оказались в переулке, где вас и нашли. Кто еще там был? Вы их видели? Можете описать?
– Двое.
Видел их раньше..."
"– Яромира, он снова угасает, – прошептал Колин, а я вновь потянулась за кинжалом, но не успела ничего сделать, как жертву тонким коконом укутала моя тьма, а я, непонятно как, но точно знала, что теперь могу допрашивать, его сколько потребуется.
– Где видели?
– В суде. Один из них, брат обвиняемого и осужденного за взлом, грабеж и убийство.
– Как зовут осужденного?
– Эдди Скользкие руки. Эд Руттен.
