Санинструктор подняла глаза на подошедшего командира, и Соколов увидел, что они у нее действительно голубые.
– Что, серьезное ранение? – спросил Алексей.
– Ничего страшного, товарищ младший лейтенант, – старательно выговаривая звание, ответила девушка. – Небольшой осколок рассек кожу на руке. Заживет быстро. А вы, товарищ боец, ежедневно приходите в санчасть на перевязку. В рану могла попасть грязь, и там разовьются колонии микробов. Это очень серьезно, нам врач на инструктаже рассказывал.
Боец опустил рукав на перевязанную руку и поднялся на ноги, смущенно глядя на подошедшего командира.
Соколов разглядывал молодого кавказца с блестящими, как маслины, глазами и крепкими спортивными плечами.
– Как ваша фамилия, боец? – спросил он строго.
– Рядовой Омаев, товарищ командир! – бойко ответил боец с чуть заметным кавказским акцентом.
– Это вы сбили самолет из пулемета? Где так стрелять научились?
– В горах, товарищ командир, – с веселой гордостью ответил парень. – У нас так многие умеют.
– К нам откуда прибыли?
– Из учебной роты. А до этого из ансамбля песни и пляски.
– Вы еще и танцор? – удивился Соколов, чувствуя, что парень ему нравится своей удалью, бесшабашностью и жизнерадостностью. – Где танцевать научились? В кружок ходили до армии?
– Нет, в горах научился, товарищ командир, – показал весело белые зубы боец. – У нас так многие умеют.
– А радиотелеграфистов у вас в горах тоже много? – засмеялся Соколов, кивнув на танкистские эмблемы на петлицах бойца.
– Нет, товарищ командир. Вот это я один только в горах умею.
– Ну-ну! Вас уже назначили в экипаж, товарищ Омаев?
– Никак нет, товарищ младший лейтенант! Немцы помешали. Не вовремя прилетели. Я потому и на фронт выпросился, что мешают они. В горах сейчас красиво, только не поют, не танцуют. Женщины плачут, мужчины на фронт идут. Виноград поспевает, а тут немцы какие-то. Зачем? Вот и пошел, чтобы быстрее вернуть в горы песни и танцы.
– Хорошо, товарищ Омаев, я беру вас в свой экипаж.
Танки перегнали в расположение, и взвод занялся подготовкой машин. К вечеру Соколов убедился, что все работы завершаются, что цифры на бортах Коля Бочкин рисует правильно и довольно профессионально. Масло проверено, инструмент получен. Командиры двух других танков взвода, Саша Огольцов и Степан Никитин, были старослужащими и дело свое знали хорошо. Оставив за себя Логунова, Алексей отправился на доклад к комбату.
