Довольный, что у него появился повод дернуть Гробыню, Гломов извлек зудильник и несколько раз ткнул в его дно заскорузлым пальцем. Современные модели зудильников позволяли вызывать абонентов контактным способом, не запуская наливные яблочки.
– Ну же! Где ты там? – нетерпеливо пробормотал он.
Поцарапанное дно зудильника осветилось. На нем возникла разгневанная физиономия Склеповой.
– Ты меня достал! Пяти минут не можешь без мамочки?
Гуня замычал и сместил экран зудильника так, чтобы Гробыня могла увидеть Таню.
Таня не сказала бы, что Склепова чрезмерно обрадовалась. Если ее разновеликие глаза и расширились от изумления, то незначительно.
– О! О! Жди меня! Я сейчас! – сказала она и отключилась.
Таня думала, что Склепова примчится как метеор, однако не тут-то было. Гробыня появилась только минут через десять с кучей пакетов. Ее каблуки касались асфальта с особенным, четким звуком. Во всем облике Склеповой царила восхитительная, расслабленная небрежность.
Это была королева, хозяйка жизни. Сунув пакеты Гуне, Склепова небрежно обозрела Таню.
– Что у тебя за ссадина на подбородке? Сарданапал побил? С кровати упала?
– А… это?! Кто-то из третьекурсников налетел… Соловей взял меня на драконбол младшим инструктором, – вспомнила Таня.
Брови Гробыни выразили все, что она думает об упомянутом виде спорта.
– Драконбол, а? Физкультура лечит, а спорт калечит, а?.. Ну иди ко мне, дорогая!
Таня подошла. Гробыня обняла ее холеными руками и осторожно поцеловала в щеку.
– Имей в виду, Гроттерша! Выглядишь ты плохо! Не то чтобы плохо, но неухоженно. Так недолго из человека превратиться в спортивно-ломовую лошадь!
Таня улыбнулась.
– Спортивно-ломовую? Такие разве бывают?
– И не такие бывают. Посмотри в зеркало, киса!"
"Лицо Гробыни стало вдруг озабоченным. Вспомнив о чем-то, она быстро извлекла пудреницу, щелкнула крышкой и внимательно оглядела свою верхнюю губу.
– Так и есть! Герпес! Сглазили, собаки! – сказала она без особой досады.
Постояла, подумала о чем-то своем, глядя поверх волос Тани. Таня почувствовала, что формальная часть закончена. Склепова с ней уже поздоровалась.
– Ты-то здесь какими судьбами? Проездом али по амурным делам? Хотя какие у тебя амурные дела? Печаль одна, – спросила и сама себе ответила Склепова.
Таня порылась в сумке и передала одно приглашение ей, одно – Гуне. Гробыня небрежно прочитала.
