И сейчас не могла… реки слез застряли в горле, приводя к кислородному голоданию. К полнейшему шоку.
Очередной «сюрприз» от Джареда. Я ощущала себя куклой, которую он собрался выбросить без тени сожаления.
– Не волнуйтесь вы так, banat. Это хорошее заведение.
– Вашими клиентами будут только богатые и почтенные люди Анмара. Возможно, вас выкупит другой хозяин и…
– ХВАТИТ! – рявкнула я, ударив кулаком по деревянному столбу. – Хватит! Это не правда!
– Это правда, banat. Мистер Саадат попросил предупредить вас.
Он придет завтра. Сказал, что лично хочет убедиться в том…
– Что вы будете послушной девочкой, и будете радовать его друзей в элитном борделе. Простите, это его слова.
– Banat, мы закончили уборку. Вам что-нибудь нужно? Скоро мы принесем вам ужин, – я почти не слышала, что говорят служанки. Я просто кивала, по инерции и дышала, наверное, тоже.
– Когда он придет… – едва шевеля губами, прошептала я, уставившись в одну точку. – Когда, он сказал?
– Мистер Саадат придет завтра вечером.
У вас есть сутки, чтобы в последний раз насладиться свободой, banat, – мило улыбнувшись, произнесла Самина. Похоже, она была рада, тому, что ей больше не придется мне прислуживать.
Джаред перешел все границы. Он не просто похитил меня из родной страны, он отнял у меня жизнь, лишая меня всех прав и свобод. Безумный, одержимый ублюдок. За ошибку, которой НЕ БЫЛО, он готов пустить меня по кругу, лишь бы отомстить мне… не слишком ли много внимания и мести, для жалкой шлюхи, которая не имеет для него значения?
Он хоть сам понимает, как это выглядит? Разве он поступил бы так, если бы воображаемый секс с Дэвисом не задел бы его?
Нельзя было связываться с мужчиной, в жилах которого течет такая горячая кровь.
Да ни один американец не воспринял бы все так близко к сердцу! Люди постоянно сходятся и расходятся, встречаются с другими, и возвращаются к друг другу. Но никто, почему-то, не мечтает отправить своих бывших в бордель! Не понимаю. И никогда не пойму, за что мне все это.
Джаред ошибается, если думает, что я маленькая и послушная девочка, которая согласиться с его волей. Никогда и ни за что, я не позволю ни ему, ни кому – либо другому распоряжаться моей жизнью! Я скорее умру, чем буду продавать свое тело за деньги.
Не говоря уже о том, что я не хочу никого, кроме одного больного безумца, который хочет разрушить мою жизнь… да. По-прежнему. Только его.
Но я не собираюсь его прощать.
Я собираюсь… убить его.
