Один парфюм, обволакивающий меня смутно знакомыми цитрусовыми нотками, чего стоит.
Пытаясь быть вежливым, я сдержано улыбаюсь.
– Может, познакомимся для начала? Меня зовут Адам бен-Рашид аль-Саадат. А вас?
– Я думаю, ты действительно не знаешь моего полного имени, Джаред, – произносит женщина тихим, мелодичным голосом, слегка запинаясь от волнения. Я цепенею, застыв на месте. Чувствую, как ветер бьет меня по щекам, словно наказывая за то, что не догадался сразу. Смотрю на нее, не в силах даже моргнуть, и… не могу поверить.
Он изменился, стал глубже… ее голос, но не узнать его я бы не смог. То, как она произносит мое имя, до боли знакомые интонации, которые так часто всплывают в снах-воспоминаниях. Я напрягся, ощущая, как ледяная испарина выступает на лбу. В оцепенении я смотрю, как она снимает очки и серебристые глаза смотрят на меня сквозь пелену слез."
"– Меня зовут Амели Риз, я твоя мать, – произносит совсем тихо, с придыханием.
Но ей не нужно говорить, я уже знаю.
Наше сходство феноменально. Понимаю теперь, почему Мэтт так легко согласился ей помочь. И ненавижу его за то, что не предупредил. Но разве можно подготовится к такому удару? Или подарку судьбы? Только от нее зависит, от ее слов, чем станет наша встреча. Спустя десятилетие… Я вижу ту, которая оставила меня.
Вот он, мой шанс. Узнать все ответы. Не об этом ли я мечтал? Сколько раз я мысленно задавал ей миллионы вопросов и слышал лишь пустоту. Хватаюсь за перила отворачиваясь и глядя на черные воды.
Не думал, что будет так сложно… Знал, предчувствовал, что однажды случится и не верил, может быть, боялся. Мне стыдно, на самом деле стыдно смотреть ей в глаза и больно, слишком больно.
Если она пришла сейчас… то могла и раньше.
Нужно что-то сказать, но ничего вразумительного не приходит на ум. Я поворачиваю голову и снова неотрывно смотрю в глаза женщины, которая оставила меня в Анмаре подростком. Однажды я пришел домой, а ее не было… Ни одна вещь не пропала, и я был уверен, что вот-вот она вернется.
Я спал в гардеробной, где хранились ее вещи, сохраняя родной запах. Мне не сразу сказали, что она не вернется, и я ждал, долго ждал.
И даже, когда отец привел меня в роскошные апартаменты первой жены, я все еще на что-то надеялся.
Мне есть, о чем спросить, но я не могу, все слова застряли в горле.
– Я знаю, о чем ты думаешь, Джаред, – сказала мягко Амели. Я не способен назвать ее матерью даже мысленно.
