– Обманывает луна? Ты о чем?
– О том, что ты универсальный маг! Ты повелеваешь всеми стихиями! – воскликнул Мардоний.
– Кто, я? – недоуменно спросил И-Ван.
Глаза кентавра блеснули в темноте.
– Разве ты ничего не знаешь?
– Нет.
– И не догадываешься? Разве никогда не случалось ничего, что наводило бы тебя на эту мысль?
– На какую? – спросил И-Ван, соображая, говорил ли он Мардонию, что его память охватывала только последний год. От того, что было прежде, до этого его отгораживала сплошная непроницаемая стена.
Тщетно он искал лазеек, тщетно пытался вспомнить, откуда взялся длинный шрам на его руке или как выглядела его мать, – бесполезно. Даже во сне, опускаясь в глубины подсознания, он видел лишь эту стену, не пропускавшую его.
– Я открою тебе великую тайну, – продолжал Мардоний. – Мало кому известно, что кентавры умеют видеть ауру. Они и не умеют, разве что некоторые… Но я, когда настроюсь, различаю ее очень отчетливо. Гораздо лучше придворных магов из От-И-Тиды.
– И какая она, моя аура? – спросил И-Ван.
– Признаться, я никогда прежде не встречал такой. Я не сказал бы, что она очень сильная… Не обижайся, но едва ли твои магические способности выше средних. Но тем не менее ты уникален, ибо повелеваешь не только водой!
– Почему ты так решил? – удивился И-Ван.
– Твоя аура не одноцветна! – со значением сказал кентавр.
– Не одноцветна? Ну и что из того?
– А, я же забыл, что ты не видишь аур… Так вот, в нашем мире есть четыре типа аур, и они никогда не смешиваются.
Я, во всяком случае, никогда такого не наблюдал. У магов воды аура сиреневая с легким отливом. У магов огня – красноватая, порой красно-желтая. У магов земли – фиолетовая, небольшая, но очень плотная. У магов воздуха, напротив, большая и размытая – не то чтобы грязно-белая, но такого оттенка. Между собой мы называем этот цвет цветом несвежего облака.
– А у меня какая? – спросил И-Ван."
"– Твоя аура многоцветна. Она и желтая, и оранжевая, и темно-синяя, и белая… Ее оттенок постоянно меняется, порой мне сложно его определить.
Это означает – точнее, может означать, – что тебе подвластны все четыре стихии. И у каждой ты можешь взять ее силу… Или мог бы взять, в идеале. Но маг ты неважный, как я уже сказал. Ты не научился концентрироваться и работаешь на простеньких заклинаниях. Отбери я у тебя амулет, ты станешь слабее младенца, – безжалостно закончил кентавр.
– Ты уже во второй раз говоришь, что я плохой маг, – сказал И-Ван.
