А зеленые глаза смотрели на меня слишком серьезно.
А я вновь смутилась. На этот раз от такой прямолинейности. Собственного опыта у меня не было, но что-то мне подсказывает, обычно кавалеры ведут себя не столь нагло и открыто. Где же все эти тонкие полунамеки и витиеватые одухотворенные речи?
Бросила на герцога Гейрлейва еще один быстрый взгляд. Впрочем, нет, этому мужчине такое поведение точно не пойдет.
— А ты, Ханни, по мне совсем не соскучилась? — простодушно спросил сидящий рядом мужчина.
Нет, ну это уже совсем наглость.
Разве можно в лоб такие вопросы задавать?
— М-м-м, — невнятно промычала я, подбирая слова, — У меня было слишком мало времени, чтобы узнать вас. А скучать по незнакомому человеку как-то странно.
Замерла, ожидая последующей реакции на мои почти грубые слова. Но герцог ничуть не обиделся. Лишь добродушно рассмеялся и коротко изрек:
— Что ж, зато честно. Управляющий приезжал? — тут же сменил тему мужчина.
— Да. Разве он вам не доложил? — удивилась я.
— Я все эти дни отсутствовал в городе по рабочим вопросам, — пояснил герцог и совсем уж неожиданно признался, — Если честно, дома я еще не был. Сначала решил навестить тебя.
А я только сейчас заметила, что костюм на мужчине, обычно всегда тщательно отутюженный и приглаженный, выглядит слегка помятым. Да и внешний вид самого Алмира оставляет желать лучше. При близком рассмотрении заметны следы усталости на лице, как и едва наметившиеся круги под глазами.
Интересно, чем же он занимался, что явно пренебрегал сном? Хотя, стоило мне вспомнить о должности, которую занимал жених, как подобные вопросы сразу же отпадали.
— Тогда я сейчас распоряжусь об ужине. Вы же не откажитесь поужинать со мной? — произнесла прежде, чем успела подумать.
Сложно было объяснить этот внезапный порыв нежности и заботы к навязанному завещанием будущему супругу. Но когда тот открыто улыбнулся в ответ и кивнул, желание разбираться в причинах собственного поведения напрочь отпало.
За ужином я поделилась с герцогом деталями визита его управляющего. Рассказала о том, что уже успели приготовить за такой короткий срок и, сгорая от стыда и неловкости, поблагодарила за выписанный чек. Мужчина кивал, удовлетворенный рассказом. А от благодарности вообще отмахнулся, заявив, что теперь это его прямая обязанность — заботиться обо мне и о моих нуждах.
Совместный ужин сумел снять напряжение, которое я испытывала все это время.
