Бегу по коридору, вниз по лестнице и не останавливаюсь, пока не захлопываю дверь спальни и не оказываюсь на кровати.
Какого черта? Какого черта?
Сворачиваюсь в клубок на одеяле, глядя на дверь. Начинает ныть запястье, я обхватываю его другой рукой и прижимаю к груди.
Дверь спальни открывается и закрывается за Джереми. Он без футболки, в красных фланелевых пижамных штанах. Он спешит ко мне, и я вижу только красную клетчатую ткань. Потом он опускается на колени, берет меня за руку и заглядывает в глаза.
– Лоуэн, что случилось?
– Прости, – шепчу я, вытирая глаза.
– Прости.
– За что?
Качаю головой и сажусь на кровать. Я должна все ему объяснить. Он только что поймал меня в спальне жены посреди ночи, и конечно, у него множество вопросов. Вопросов, на которые у меня нет нормальных ответов.
Джереми садится рядом со мной и закидывает ногу на кровать, чтобы повернуться ко мне лицом. Кладет руки мне на плечи, опускает голову и смотрит очень серьезно.
– Что случилось, Лоу?
– Не знаю, – признаюсь я, покачиваясь вперед-назад.
– Иногда я хожу во сне. Такого не случалось очень давно, но недавно я выпила два ксанакса, и возможно… Не знаю…
Мои слова отражают внутреннюю панику. Должно быть, Джереми это чувствует, потому что он притягивает меня к себе и крепко обнимает, пытаясь успокоить. Несколько минут он больше ни о чем не спрашивает. Успокоительно гладит меня рукой по затылку, и, как бы ни была приятна его поддержка, я чувствую себя виноватой. Словно не заслуживаю ее.
Когда он отстраняется, то больше не может сдержать вопросов.
– Что ты делала в комнате у Верити?
Качаю головой.
– Не знаю. Я там проснулась. Испугалась, закричала и…
Он берет меня за руки. Сжимает их.
– Ты в порядке.
Я хочу согласиться с ним, но не могу. И как я теперь буду спать в этом доме?
Невозможно сосчитать, сколько раз я просыпалась в неожиданных местах. Это происходило так часто, что в какой-то период у меня на двери спальни стояло три замка. Мне не впервой просыпаться в странных комнатах, но почему из всех комнат этого дома это оказалась комната Верити?
– Поэтому ты хотела замок на дверь? – спрашивает он.
– Чтобы не суметь выйти?
Я киваю, и по какой-то непонятной причине он начинает смеяться.
– Господи, – говорит он. – А я думал, ты боишься меня.
Я рада, что он находит в ситуации положительные стороны, потому что я не могу.
– Эй. Эй, – мягко говорит он, приподняв мой подбородок и заглядывая в глаза. – Ты в порядке. Все в порядке. Сомнамбулизм безвреден.
