Мы подошли к его лимузину, он открыл передо мной заднюю дверь, и я залезла внутрь. Он сел напротив, а не рядом. В машине пахло цветами, но я знала, что это духи. И они мне вполне понравились, хотя и означали, что в лимузине побывала другая женщина. Взгляд упал на полупустую бутылку шампанского и два бокала – на одном виднелись следы красной помады.
Кто она? И почему он уезжает со мной, а не с ней?
Я не стала задавать эти вопросы вслух, потому что он уезжал со мной. И значение имело лишь это.
Несколько минут мы сидели молча, с нетерпением глядя друг на друга.
В тот момент он понял, что получил меня, и почувствовал себя достаточно уверенно, чтобы потянуться вперед, поднять мою ногу и поставить на соседнее с собой сиденье. Он оставил ладонь на моей лодыжке, ласкал ее и наблюдал, как поднимается и опускается моя грудь в ответ на его прикосновения.
– Сколько тебе лет? – спросил он. Вопрос насторожил меня, потому что он выглядел лет на тридцать. Я боялась отпугнуть его правдой и поэтому наврала – сказала, мне двадцать пять.
– Выглядишь моложе.
Он знал, что я лгу. Я сбросила с ноги туфлю и провела пальцами по его ноге.
– Двадцать два.
Джереми рассмеялся и сказал:
– Ты лгунья, да?
– Я подгоняю факты, когда это требуется. Я писатель.
Его рука передвинулась выше.
– А тебе сколько лет?
– Двадцать четыре, – сказал он с той же искренностью, что и я.
– Значит… Двадцать восемь?
Он улыбнулся.
– Двадцать семь.
Его рука уже лежала на моем колене. И я хотела, чтобы она сдвинулась еще выше.
На бедро, потом между ног, чтобы исследовала меня изнутри. Я хотела его, но не здесь. Я хотела поехать с ним, увидеть, где он живет, оценить удобство его кровати, вдохнуть аромат постельного белья, попробовать на вкус его кожу.
– Где твой водитель? – спросила я.
Джереми бросил взгляд назад, на переднюю часть лимузина.
– Понятия не имею, – ответил он, снова повернувшись ко мне. – Это не мой лимузин.
Вид у него при этом был озорной, и я не могла точно определить, ложь это или правда.
Я прищурилась, пытаясь понять, действительно ли этот тип привел меня в лимузин, который ему даже не принадлежит.
– Тогда чей это лимузин?
Джереми отвел взгляд и теперь смотрел на свою руку, которая рисовала круги на моем колене.
– Не знаю.
Я думала, моя страсть угаснет при осознании, что он может не быть богатым, но вместо этого его признание вызвало у меня улыбку.
– Я простой рабочий, – признался он. – Приехал сюда за рулем своей машины. «Хонды-Сивик».
