Любой, кому пришлось пройти через такую трагедию, захочет найти выход.
Кори вытирает руки кухонным полотенцем и берет с барного стула куртку.
– Случайности или нет, эта семья явно страдает невезением и глубокими эмоциональными травмами, так что будь осторожна. Сделай дело и уезжай.
– Кори, может, тебе подумать о деталях контракта? А я займусь исследованиями и написанием книги.
Он надевает куртку.
– Просто за тебя беспокоюсь.
Беспокоится? Он знал, что у меня умирает мама, и не выходил на связь два месяца. Он обо мне не заботится.
Он – мой бывший парень, который рассчитывал попасть сегодня ко мне в постель, но вместо этого получил мягкий отказ и узнал, что я буду ночевать в доме у другого мужчины. Он маскирует ревность заботой.
Я провожаю его до двери, испытав облегчение, что он так скоро уходит. Я не виню его за желание сбежать. В этой квартире не самая приятная атмосфера с тех пор, как сюда въехала мама. Поэтому я даже не пыталась ее сохранить и не стала сообщать арендодателю, что через две недели у меня появятся деньги.
– В любом случае, – говорит Кори, – поздравляю. Создала ты эту серию или нет, ты будешь ее продолжать благодаря своим произведениям. И должна этим гордиться.
Ненавижу, когда он начинает говорить приятные вещи в момент моего раздражения.
– Спасибо.
– Напиши мне в воскресенье, когда туда доберешься.
– Хорошо.
– И дай знать, если понадобится помощь с переездом.
– Не дам.
Он смеется.
– Ну хорошо.
Он не обнимает меня на прощание. Просто машет рукой и пятится к двери – мы никогда еще так странно не расставались.
Я чувствую, что наши отношения наконец перешли в правильное русло: агент и писатель. И больше ничего.
4
Я могла выбрать любое другое занятие на время этой шестичасовой поездки. Могла прослушать «Богемскую рапсодию» больше шестидесяти раз. Могла позвонить старой подруге Натали и попытаться наверстать упущенное, особенно если учесть, что за последние полгода я с ней ни разу не разговаривала. Периодически мы обмениваемся сообщениями, но было бы приятно услышать ее голос.
Или, возможно, я могла бы использовать это время, чтобы морально подготовиться и продумать причины, по которым я буду держаться подальше от Джереми Кроуфорда во время пребывания в его доме.
Но вместо этого всего я решила послушать аудиокнигу с первым романом серии Верити Кроуфорд.
Она только закончилась. Я так крепко вцепилась в руль, что побелели костяшки. Во рту пересохло, во время поездки я забывала пить. Мое самоуважение осталось где-то в Олбани.
