– Киборги! – сделал вывод Редошкин, осмотрев «скульптуру», похожую на фигуру человека по пояс, вросшую в огромную полосатую тушу «скорпиона».
– Жуть! – передёрнула плечами Вероника.
Этажом ниже располагались машины, судя по их очертаниям и наличию колёс, гусениц и крыльев. Но все экспонаты, очевидно, представляли собой лишь модели реально существующих некогда образцов техники, так как их размеры не превышали размеров известных разведчикам земных мотоциклов. Лишь один экспонат, похожий на хищную птицу со сложенными крыльями и головой, вросшей в туловище, отсверкивающее серебристыми чешуями, имел приличные размеры – с транспортный вертолёт, только без винтов и подкрылков.
– Катер! – прокомментировал находку Редошкин. – Или боевой модуль! Залезем, посмотрим, что внутри? Вдруг он ещё функционирует?
– Возможно, это тоже модель, – осадил его Максим.
– Модель чего?
– Звездолёта, к примеру.
– Вот и оценим.
– На обратном пути, – решил Максим. – Сначала спустимся на первый этаж, узнаем, что это за сооружение на самом деле.
Однако опуститься удалось только до шестого этажа, считая от верхнего. Ниже лестница в отдельном помещении оказалась загромождённой глыбами растрескавшегося чёрного материала, похожего на бакелит, и протиснуться между ними и потолком не смогли ни крупногабаритные спецназовцы, ни Вероника.
– Поднимаемся! – скомандовал Максим, ощутив укол беспокойства; они путешествовали по «музею» уже больше часа. – Нет времени на разбор завалов.
– Но хоть что-то мы должны унести с собой? – робко спросила девушка.
– Если сможем открыть шкафы.
– А в «звездолёт» полезем? – осведомился Редошкин.
– Нет! – отрезал Максим.
Поднялись на этаж с «предметами быта», осмотрели шкаф, внутри которого висела «книга».
Редошкин стукнул по нему прикладом карабина.
Шкаф отозвался глухим стуком, будто и в самом деле был выточен из единого куска стекла или пластика.
– Зараза! Его, наверно, и пуля не возьмёт!
– Там что-то блеснуло, – нерешительно проговорила Вероника.
– Где?
Девушка подошла ближе, показала пальчиком на паутинку на длинной грани прозрачного шкафа-стелы.
– Подержи. – Максим передал ей фонарь, достал нож, попытался просунуть кончик лезвия в паутинку, и первая же его попытка увенчалась успехом.
Раздался струнный звон, и вся верхняя часть шкафа вдруг превратилась в желе, вскипела дымными струйками, заставив Веронику ойкнуть, а Максима отшатнуться, и распалась оседающим на пол белёсым облаком быстро редеющего тумана.
