Хотя они и не принимали участия в событиях, вынуждены были выполнять распоряжения вышестоящего начальства.
Разбирались с разрушениями и потерями до самого утра, постоянно ожидая новой атаки. Успокаивали экспертов из делегации ООН, половина которых срочно собралась вернуться к себе домой. Совещались неоднократно, дважды выслушивали советы председателя Совбеза, почему-то оставшегося в Москве, и обсудили заявление президента, принявшего решение получить помощь от Пентагона, предложившего два варианта: выслать в Россию свой самый крутейший спецназ «Дельта Форс» либо ударить по базе отдыха ракетой – новым «Томагавком», способным преодолеть около четырёх тысяч километров.
Дивизион этих ракет был недавно развёрнут на Украине.
Это решение повергло представителей Минобороны в шок, так как министр считал, что у России достаточно своих сил и средств для того, чтобы справиться с вторжением захватчиков. Но главнокомандующим вооружёнными силами России был не он, и Ушаков скрепя сердце вынужден был согласиться с «политически мотивированным и корректным» замыслом президента, по сути оставлявшем собственную племянницу Веронику Соловьёву без надежды на спасение ради призрачной заботы о жизнях «миллионов россиян».
Разумеется, настроение у всех силовиков на месте событий упало до отвратительного после всех бесед.
Каково же было удивление Дорохова, когда к нему в пять часов утра в палатку заявился вездесущий и всёзнающий полковник Савкин и сообщил, что министр решил поступить по-своему.
– Что ты имеешь в виду? – хмуро спросил генерал, лежавший на раскладушке полностью одетым.
– С одной стороны, мы показываем кукиш американцам, с другой – решаем проблему с учётом решений президента.
– Конкретнее! – рассердился Дорохов.
– Проходит наш первый вариант – врезать по иномериане, но не «Калибром», а гиперзвуковым «Кинжалом». Его сбросит перехватчик Миг-31 на дальности в сто километров.
– По иномериане?
– Ну, да…
– Или в иномериану? Не чуешь разницы?
Савкин озадаченно почесал затылок.
– Таких нюансов я не знаю.
– Так узнай и доложи, что имеется в виду: ракета взорвётся в нашем мире или в другом.
Полковник нахлобучил меховую шапку и исчез, запустив в палатку ещё один клуб морозного воздуха.
Дорохов снова лёг, выключив свет, потом понял, что не уснёт, встал, умылся (специальной влажной губкой протёр лицо) и включил «Полярник» – термоблок, включавший в себя чайник с заварочным отделением, таблеточную кофемашину и разогреватель консервов.
