– Дьявол! Отобьёте атаку – собери командиров всех подразделений в холле!
– Слушаюсь!
Дорохов расслабился, стащил с головы шапку, наблюдая, как солдаты разбегаются по холлу и приникают к окнам, собираясь отражать нападение насекомых.
Но рой шмелей уже перестал ломиться в дверь, исчезая в темноте.
Дорохов поманил молодого командира отделения, охранявшего корпус:
– Завтрак на двоих ко мне в номер.
– Столовая ещё не работает… – нерешительно начал капитан.
– Приказ слышали? – повернулся к нему Куницын.
– Выполнять!
– Есть! – вытянулся капитан, краснея.
– Кофе обязательно! – добавил Куницын.
– Слушаюсь! – Капитан умчался вглубь коридора, ведущего к столовой.
– Идёмте, Андрей Тарасович, – сказал полковник Дорохову. – Нет смысла высовываться, пока не развиднеется. Позавтракаем и подумаем, что делать дальше. В первую очередь надо встречать делегацию ООН…
– Не надо, – отрезал Дорохов. – Пусть пока сидят в гостинице аэропорта. Прилетит главный, он и решит, куда их направить.
В районе военного лагеря снова началась пальба, закончившаяся двумя взрывами.
Дорохов замер, решая, стоит звонить Савкину или нет, но полковник через минуту позвонил сам:
– Андрей Тарасович, ЧП! Один из солдат из оцепления, сержант Добрик, сошёл с ума и открыл огонь по своим! Пришлось его…
– Как это – сошёл?! Причина?!
– Не знаю, палатку накрыл рой шмелей, и парень словно взбесился!
– Выяснить подробности и доложить! Всем охранникам – избегать контакта со шмелями! Рой уничтожен?
– Н-нет… наверно…
– Разберись!
– Позвоню…
Куницын смотрел на него с недоверием, и Дорохов, проведя ладонью по лицу, сказал:
– Дьявол! Шмели довели до сумасшествия…
– Кого?
– Охранник запаниковал и открыл огонь по своим… его ликвидировали.
Куницын изменился в лице.
– Не может быть!
– Дуй к охране, разберись.
– Доложу! – Куницын выбежал.
Подскочил начальник группы охраны.
– Завтрак нести сюда, товарищ генерал?
– Нет, в номер. – Дорохов поднялся на второй этаж, всё ещё находясь в размышлении – стоит ли ему самому разбираться в происшествии – и решил дождаться доклада подчинённых.
"
"Принесли завтрак: гречневую кашу, яичницу из четырёх яиц, с беконом, джем, масло, белый хлеб, кофе.
Дорохов наскоро поел, предчувствуя, что новые форс-мажорные события не заставят себя ждать, и оказался прав.
Вслед за сержантом Добриком сошёл с ума ещё один солдат оцепления – рядовой Минаев.
