Все глаза и все бинокли устремились на него в ожидании следующей вспышки, и, когда молния вновь сверкнула, толпа на берегу вскрикнула хором: «„Красотка Элис“!» Это было торговое судно, которое курсировало между Бристолем и Пензансом, заходя во все маленькие порты, лежавшие на пути его следования.
– Да поможет им Бог! – воскликнул комендант порта. – Ибо ничто другое в этом мире не спасет их, коли им довелось оказаться между Бьюдом и Тинтаджелом, когда ветер дует с моря!
Береговая охрана, проявив смелость и усердие, сумела поднять на вершину скалы Флагшток устройство для запуска ракет и подать сигнал – синие огни, чтобы людям на судне, если они еще не потеряли надежду пристать к берегу, удалось разглядеть место входа в бухту.
Команда на борту предпринимала все меры к спасению – но ни сила, ни сноровка человека помочь уже не могли. В течение нескольких минут «Красотка Элис» встретила свой конец, налетев на крупную одиночную скалу, защищавшую гавань со стороны моря.
Рев шторма сливался с криками моряков, которые в последней попытке уцелеть прыгали в воду. Синие огни продолжали гореть, люди на берегу напряженно всматривались в пучину, ожидая, что среди волн мелькнет чье-нибудь лицо, и держа наготове спасательные веревки. Но ни единого лица не показалось на поверхности, и руки, готовые прийти на помощь, остались без дела.
В толпе, собравшейся на берегу, был и Эрик. Его древнеисландские корни никогда еще не давали знать о себе так явственно, как в этот тревожный час.
Он схватил веревку и прокричал в самое ухо коменданту порта:
– Я спущусь вниз по скале к тюленьей пещере. Поднимается прилив, и кого-то может затянуть туда!
– Остановитесь! – последовал ответ. – Вы с ума сошли? Стоит вам раз оступиться – и вы пропали: никто не сумеет удержаться там в темноте, да еще во время шторма!"
"– Это не так, – возразил Эрик. – Вспомните, как Абель Бегенна спас меня в такую же ночь, когда моя лодка следовала к Галл-Року.
Он вытащил меня из глубоких вод пещеры – а сейчас, быть может, туда затянуло кого-то еще.
И, сказав это, Эрик скрылся во мраке. Скальный выступ закрывал свет, шедший с Флагштока, но он знал дорогу слишком хорошо, чтобы заблудиться. Благодаря смелости и твердости шага он вскоре уже стоял на большом кругловерхом камне, подточенном снизу волнами, над входом в тюленью пещеру, где вода была необычайно глубока.
