Вот такой у нас папа, — шепчу я, обнимая сына.
Закрываю глаза и вдыхаю родной запах, словно напитываясь энергией и любовью. Моя маленькая космическая батарейка.
Жалею, что сорвалась, но быть соло-мамой непросто. Бессилие, бывает, накатит, и одиночество одолевает такой силы, что выть хочется! Скулить, плакать.
Еще будучи беременной, я как-то зарегистрировалась на сайте знакомств, чтобы пообщаться хоть с кем-нибудь, почувствовать мужское внимание. Так сильно крыло. Ни с кем не встретилась, конечно — куда я с животом? Так, развлечение.
.. А потом родился Демьян."
"И было сложно. Иногда — очень. Я даже маме не признавалась, все в себе держала. Знала: лучше умереть, чем согласиться с тем, что Алекс был прав и мне не стоило рожать его сына. Но порой так хотелось побыть по-женски слабой и беззащитной! Отдать контроль над ситуацией другому человеку. Просто довериться и не разочароваться.
— Наш папа гений, Дёма. Он их уделал, — говорю я вслух и сама чувствую, как оживаю. — Они захотят его спутники.
Должны захотеть.
Улыбка растягивает губы. Дем целует в щеку, и я смеюсь. А потом хватаю сына, и мы идем гулять по вечернему саду у отеля. Один из сотрудников «Солар» звонит и сообщает, что Алекса, Бориса и Рому забрали в кабинет на третьем этаже и что с тех пор парни без связи. Обсуждают. Вернувшись в номер, я купаю Дёмьяна, кормлю и, наконец, укладываю спать.
Сама без сил, но от усталости сна ни в одном глазу.
В полночь мои сообщения Алексу получают статус «доставлено». Он пишет следом: «Собираюсь в аэропорт.
Всё ок». Читая эти слова, я выключаюсь.
Сквозь сон, чуть позже, слышу знакомый теплый шепот:
— Ты проснулся? Дём, иди к папе. Тише, тише. Пусть мама поспит. Вымотал мамку вчера, да? Пошли покажешь, как готовить твою кашу. Пошарим по полкам. И... я тебе что-то купил!
Приоткрываю один глаз и вижу, как Алекс забирает Дёму на руки. Окутывает облегчение невероятной силы. Я очень хочу встать и обо всем расспросить Равского. Обнять для начала, конечно.
Крепко! И нужно накормить сына: завтраки в нашей небольшой семье всегда ритуалы. С ними я справлялась сама. В каком бы ни была состоянии: болела ли, устала... Я вставала и делала. И тут должна... наверное.
Я закрываю глаза и снова погружаюсь в сон, впервые за годы позволяя себе расслабиться. Ни о чем не переживать.
Глава 44
Просыпаюсь в обед из-за тишины. Она настолько непривычна, что я, не нащупав рядом Демьяна, вздрагиваю, открываю глаза и оглядываюсь.
