Хороший вопрос.
Он продолжает:
— У меня дела с утра в Москве, а вы с Демьяном могли бы покупаться в бассейне. Завтра приедут два повара, приготовят для вас что-нибудь особенное, — накидывает аргументы.
— Утром и у меня важная встреча. Я не могу ее отменить ради пикника, хотя... идея заманчивая, Алекс. Мы с Дёмой никогда не проводили столько времени на свежем воздухе. Может, в другой раз?
Дмитрий Андреевич отошел за планшетом-картонкой в дом, и Демьян замер в ожидании. Чуть не забыли важный инструмент для работы, хорошо, вспомнили, а то пришлось бы возвращаться.
Мы с Алексом уже десять минут прощаемся у машины. Это был долгий и очень хороший день, который плавно перетек в такой же тихий вечер. Дом Равских — прекрасное место, будто территория мира. Здесь снова было сказано много важных слов.
— Тогда завтра, как закончу, могу за вами заехать, — продолжает атаковать Алекс. — Мне будет по пути.
Упорство — одна из сторон его гиперактивности. Это не наглость, не пофигизм в отношении желаний других людей.
Равский просто такой и есть. Если он мотивирован, то слово «нет» практически не воспринимает. «Нет» для него — это препятствие, которое всегда есть способы обойти.
Для такой гордой падшей королевны, как я, столь предприимчивый мужчина был шансом на счастье. С Русланом мы бы уже тридцать раз разъехались, договорившись как-нибудь созвониться.
Алекс облокачивается на водительскую дверь, показывая, что проход закрыт.
— Ты настаиваешь, чтобы я все же присутствовала на вечеринке?
— Мне бы этого хотелось.
— Если есть выбор, я бы предпочла остаться дома. Уверена, будет... трешово, и у меня просто нет сил на борьбу.
— Ладно, — сдается он и отходит.
— Слушай, — быстро окликаю. — Если я все же решусь, как мне одеться? Не хотелось бы выглядеть посмешищем перед людьми, которые считают меня истинным злом.
Он хмыкает:
— Оденься так, чтобы все охренели. Это всегда работает отлично. И мне понравится.
Улыбаюсь широко и отвожу глаза. Что мы делаем? Блин, что мы творим?!
Чуть позже, уже покидая коттеджный поселок, я наконец дышу полной грудью и хоть как-то расслабляюсь.
Напряжение улетучивается, а я, вместо того чтобы радоваться, сразу начинаю по нему скучать."
"Острота от близости Алекса одновременно холодила и грела, разгоняла пульс, сбивала дыхание. Она было сродни волнению перед соревнованиями, которыми я жила раньше. Потрясающие эмоции, в обычной ежедневной рутине ничего подобного не отыщешь.
