И вместе с тем, словно бы пробовал каждое произнесенное им слово на вкус, будто так и не сумев до конца в это поверить.
- Бросаешь сейчас… когда так нужна мне.
Он открыто ее обвинял. И это ранило настолько, что трудно было произнести в ответ хоть слово…
- Я просто… не могу здесь находиться, - выдавила Агния из себя, пытаясь остановить хаотично мечущиеся мысли, подобрать правильные слова. - Нам тут не место, понимаешь? Здесь все… повсюду… напоминает, что это - чужой дом. И я… я не могу, понимаешь? Мы ведь только что видели ее и я…
Ее речь превращалась в жалкий, бессвязный лепет.
А он просто смотрел на нее и лишь один этот тяжелый, раненый взгляд способен был, казалось, убить ее на месте.
Но она - мать. И должна была думать прежде всего - о своем сыне. Ему ни за что нельзя было оставаться в такой обстановке. Как и ей… нельзя было воровать чужую жизнь.
- Что-то раньше тебя это все не волновало, - вдруг со злым сарказмом процедил Слава. - Ты спала со мной, родила сына… согласилась переехать сюда… а теперь что? Настигли муки совести?
Он был жесток.
Жесток, но прав. И все же…
- Ты не предупредил меня об Алине! - едва сдерживаясь, чтобы не перейти на крик, парировала она. - Я не хочу, чтобы Артем видел все это…
Подхватив сына на руки, она развернулась к выходу и повторила:
- Мы уходим. Приезжай к нам… как только сможешь.
Его слова настигли ее уже у порога. Вонзились в спину ударом ножа…
- Если только уйдешь сейчас - больше никогда меня не увидишь.
Дыхание сбилось. Страх растекся по венам, парализовал, казалось, каждую мышцу и каждый нерв…
Агния отчего-то не сомневалась - он так и поступит.
Но ведь она однажды уже проходила через это…
Глава 33
Несколько лет назад
Это случилось, когда Агния была уже на последнем курсе.
Стайка одногруппниц, обычно неинтересовавшихся ее персоной, окружила ее на выходе из университета.
Обычно она держалась ото всех особняком. Не вникала в чужие разговоры, не участвовала в бесконечных сплетнях, которые так любили другие девушки…
Она всегда была «вещью в себе».
Отстраненной, замкнутой, малообщительной. Сближение с людьми давалось ей с трудом. Она часто задавалась вопросом - почему? Почему не может быть, как все? Такой же легкой, даже легкомысленной, что вполне естественно для этого возраста…
И каждый раз в качестве ответа перед глазами вставало тело отца, едва узнаваемое в жуткой кровавой каше на асфальте…
Она боялась терять.
