- Почему это я должна…
- Потому что я так сказала!
Я поразилась собственной резкости, слетевшей с губ. Но удивительное дело: она все же возымела свой эффект. Фыркнув, Алина взяла Яну за руку и, стащив с кровати, повела на кухню.
Я осталась одна. Блаженные секунды одиночества, о котором прежде могла только мечтать, теперь же… теперь оно заключало в себе слишком много отравляющих душу мыслей. Тех, с которыми так страшно было остаться один на один.
Нехотя подойдя к зеркалу, я кинула на себя лишь мимолетный взгляд: не было никаких сил видеть все недостатки, которые с такой болью разглядывала накануне.
Словно если не смотреть на них - их словно бы и не существовало…
- Какую кашу сварить? - поинтересовалась я, входя в кухню, где девочки, чинно рассевшись на стульях, смотрели дружно в одну точку - на плиту, на которой грелось молоко.
- Я не буду, - тут же ощетинилась Алина.
- Я не хочу кашу, - недовольно поморщилась Яна.
- Хорошо, тогда пойдете в школу голодными, - пожала плечами я.
Кудахтать над ними сегодня не было никаких сил.
- Разве мы не поедем к папе? - огорченно спросила Яна.
- А ты уже не болеешь? - вздернула бровь я.
- Мне стало лучше!
- Потому что ты и не болела, да ведь?
Я произнесла это и тут же ужаснулась собственным словам. Впервые позволила себе так открыто обозначить, что прекрасно знаю все дочкины хитрости…
Наступила тишина. И в этом безмолвии укол совести, последовавший за произнесенным вслух упреком, был еще болезненнее, еще мучительнее.
- Я обещала, что мы позвоним папе, а не поедем туда, - нарушила молчание первой.
- К нему, возможно, до сих пор нельзя…
- Но мы хотим к папееее, - тут же захныкала младшая.
А мне нечем было утешить ее. Я даже не была уверена, что мы вообще ему дозвонимся.
Но к моему удивлению, когда мы набрали ему некоторое время спустя, Слава тут же ответил на видеозвонок.
- Мои принцессы! - воскликнул, завидев дочерей, склонившихся к экрану.
- Папа, тебе больно? - сразу же озабоченно поинтересовалась Яна.
- К тебе можно? - следом спросила Алина.
А я стояла в стороне и ощущала… что вовсе не уверена в том, что, случилось со мной что-то - и обо мне кто-то переживал бы так же сильно. Я самой себе казалась сейчас не просто лишней, а вообще… невидимкой.
И как только вообще до такого дожила?..
Они переговаривались некоторое время, засыпая друг друга вопросами, прежде, чем до меня донесся голос мужа:
- А где наша мама?
- Я здесь, - откликнулась сухо, взмахнув рукой из-за спин дочерей.
