Я ведь не могла ему никак объяснить причину своего поведения, не признаваясь при этом в том, что чувствую себя рядом с ним так… странно.
- Я вам очень благодарна, Рамиль, - произнесла после паузы, тщательно подбирая слова. - Я просто не хочу вас больше никак отвлекать…
- Ой, да бросьте, Лидия… - кинул он резко. - Это все я уже слышал. И это абсолютная… - Рамиль осекся, явно проглатывая не слишком приличное слово, и в итоге кратко добавил:
- …ерунда.
Он порывисто шагнул ко мне ближе, осторожно протянул руку - медленно, плавно, словно позволяя мне отшатнуться, как пугливому зверьку, и, не встретив сопротивления, коснулся подбородка, вынуждая взглянуть ему в лицо.
- Вы меня боитесь?
Мои глаза испуганно-удивленно расширились, выдавая все с потрохами, но я все же выпалила:
- Нет!
Господи, мне же тридцать пять лет! Почему же я так веду себя с этим человеком, как неопытная школьница, с которой вдруг заговорил самый красивый мальчик в классе?
Впрочем, особого опыта я и в самом деле не нажила.
И от этого чувствовала себя еще глупее, еще несуразнее.
- Хорошо, - протянул он задумчиво, хотя прекрасно все понимал и видел сам. - А вы…
Он прервался, досадливо поморщился и решительно заявил:
- К черту эти выканья! Мне не пять лет, да и тебе не пятьдесят. Ты уже подала на развод?
Этот вопрос поразил меня своей внезапностью. Настолько, что я на автомате ответила:
- Еще не успела, но в ближайшее время займусь этим…
Нахмурившись, недовольная тем, что почему-то перед ним отчитываюсь, я сухо бросила вдогонку:
- Зачем тебе вообще об этом знать?
- Просто хотел убедиться, что ты не передумала и не решила вдруг простить этого му… мужика.
Он явно хотел охарактеризовать Славу совсем иным словом, но воздержался. А вот я не сдержала своего недоумения:
- Не понимаю, какое тебе дело до…
- Это был я, - вдруг прервал он меня, кивнув на букетик, который я все еще прижимала к сердцу. - Тогда и сейчас - это был я, Лидия.
От этого неожиданного заявления сердце замерло, пропустило пару ударов, упало к ногам и вновь подскочило вверх…
Смысл его слов с трудом укладывался в голове, но сердце уже знало правду, уже безоговорочно ее приняло, выбивая по вискам одни и те же слова:
«Это был я…»"
"Рамиль невесело усмехнулся, глядя на мое ошарашенное лицо, отступил к двери и уже уходя, коротко кинул:
- Какое мне до всего этого дело - додумай сама. Не глупая ведь.
