В ней опять проснулась злость на Саймона за то, что тот вытащил ее на прогулку.
Леди Милбанк меж тем говорила ее мужу:
– Мы все понимаем ваше… хм, вашу спешку скорее сочетаться законным браком. Удивительно, но никто не знал, что вы вообще знакомы с будущей супругой.
– Ваши слова для меня комплимент, – ответил ей Саймон, пожимая руку Джессики, лежавшую у него на руке. – Вы не представляете, как я рад слышать, что мне удалось скрыть наши отношения от лондонского света. Иначе сплетники уже делали бы ставки, чем закончится мое ухаживание.
Возможность иметь личную жизнь для меня очень важна.
Леди Милбанк открыла резной кружевной веер и задумчиво махнула им пару раз. А потом с хлопком свернула его и сказала:
– Когда вы вернулись, многие думали, что вам захочется поискать жену в более привычных для вас кругах. – Она принужденно улыбнулась. – Вы нас очень удивили. Особенно вашу дорогую мачеху. Вы же знаете, как искренне она желает вам счастья.
Взгляд графини Милбанк стал холодным, даже злобным, и Джессика почувствовала, как все тело Саймона напряглось.
– Я сомневаюсь, что моя мачеха, как вы ее называете, желает счастья кому-либо, кроме себя. Вы забываете, что я знаю ее лучше, чем кто-либо другой.
Слова Саймона явно шокировали леди Милбанк, да и Джессику тоже. Граф Милбанк смущенно заерзал на сиденье и, желая заполнить неловкую паузу, спросил:
– Раз вы с вашей супругой бываете в парке, значит ли это, что вы готовы вернуться в светскую жизнь?
– Так и есть, – ответил Саймон. – Мы уже приняли приглашение на следующую неделю.
– Прекрасно, – заявил Милбанк. – В эту пятницу мы даем бал. Вы не хотели бы появиться там?
Джессика заметила, как его супруга буквально вскипела от неудовольствия. Ее слова подтвердили, что приглашение пришлось ей не по вкусу:
– Я уверена, что леди Норткот пока не очень уютно чувствует себя на публике.
Но Саймон тут же возразил ей:
– Ничего подобного. Мы с радостью приедем на ваш бал.
– Превосходно, – сказал граф, не замечая раздражения жены. – Я прошу оставить мне один танец, – сказал он, обращаясь к Джессике.
– Мне особенно по душе вальс.
– Как и моей супруге, – ответил за нее Саймон. – Мы с нетерпением будем ждать пятницы.
– Отлично. Что ж, примите еще раз мои поздравления и до скорой встречи. – Милбанк попрощался с ними и приказал кучеру трогать."
"Леди Милбанк не сказала им ни слова. Но Джессика заставила себя улыбаться и смотреть в ее полные ненависти глаза до тех пор, пока пара не скрылась из виду.
