Его рисунок повторял узор того ковра, который остался в бывшем доме Джессики. Под окном было устроено уютное сиденье, с которого открывался прекрасный вид на сад, а недалеко от стеклянных дверей, выходивших на террасу, стоял небольшой письменный стол. Даже цветы в вазах были ее любимыми тюльпанами, которыми ей так нравилось украшать гостиную. Все, что она видела, походило на настоящее чудо.
– Кто сделал это? – чуть запинаясь от удивления, спросила Джессика Марту.
– Ваш супруг, госпожа. Когда мы сюда приехали, гостиная уже была такой.
Санджай сказал, что лорд Норткот распорядился сделать гостиную точно такой же, какая была у вас до переезда. Он хотел, чтобы вы чувствовали себя здесь как дома.
Джессика прошлась по комнате. Неожиданная доброта Норткота растрогала ее до глубины души.
– Я схожу за чаем, – сказала Марта и тихо вышла в коридор.
Джессика осталась наедине со своими мыслями. Она села на диванчик в оконном проеме, как часто делала в старом доме, и стала смотреть в сад. В голове у нее был полный беспорядок.
Джессика привыкла думать, что Норткот холодный и отстраненный. Но вдруг оказалось, что он способен сочувствовать ей, понимать ее чувства. Цельный образ мужчины, который сегодня стал ее мужем, распался. Теперь его надо было узнавать заново.
Но Джессика не хотела это делать. Она слышала, как голос в сердце настойчиво просил ее понять Саймона. Однако послушать этот голос было бы непозволительной роскошью. Она не могла допустить, чтобы муж из постороннего превратился в близкого для нее человека.
Саймон пообещал оградить ее от сводного брата, и в этом отношении ей пришлось довериться ему.
Но довериться мужу полностью Джессика не могла. Ей было страшно открыться перед ним и стать слабой.
Глава 8
Джессика набросила капюшон плаща на голову и побежала сквозь черноту ночи и холодный дождь к ожидающему ее экипажу. Ходжкисс открыл дверь, и она прыгнула внутрь. Со вздохом облегчения девушка села на мягкое кожаное сиденье и положила рядом с собой сверток с тканями и сумочку, в которой лежали деньги за две выкройки платьев, которые она только что продала мадам Ламонт.
Пока Джессика встречалась с одной из самых известных портних Лондона, погода за стенами ателье разбушевалась. Весенний легкий туман сгустился, и пошел проливной дождь. Но так было даже лучше. Из-за бури и позднего часа на улицах никого не было, и Джессика чувствовала себя в безопасности. Скрываясь под покровом ночи, она могла заниматься своим делом, и никто бы ее не узнал.
