Саймон понимал, что его слова прозвучали слишком резко, но сейчас было не время приукрашивать правду.
– Простите меня, но вы должны знать – Танхилла вам одной не победить. Он найдет вас, даже если вы спрячетесь от него на другом конце света. Танхиллу отчаянно нужны ваши деньги.
Джессика опустила голову и тяжело вздохнула.
– Я знаю. Айра сказал то же самое.
– Кто такой Айра?
Но Джессика не ответила. Она не смотрела на него.
Когда она подняла голову, Саймон увидел, что из ее глаз исчез свет. Гордое, независимое выражение ее лица тоже пропало, уступив место покорности судьбе.
У нее больше не было сил бунтовать.
– Наверное, сейчас нам стоит сказать друг другу, чего мы ждем от брака, – заявила Джессика, сжимая руки в кулаки. Ее щеки опять побледнели. – Чтобы в дальнейшем исключить недопонимание между нами:
– Да, – согласился Саймон, откидываясь на спинку стула. – Так будет правильно.
Она окинула его пристальным взглядом и глубоко вдохнула воздух, словно ей предстояло прыгнуть в омут.
– Пожалуйста, граф. Вы первый.
Саймон открыл рот… но заговорил не сразу. Только сейчас он понял, как трудно будет произносить горькую правду, глядя Джессике в глаза. Ему не хотелось вновь причинять ей боль, но другого пути не было.
– Простите, что приходится быть жестоким, – наконец начал Саймон, – но я женюсь на вас, только чтобы спасти наследство. Потому любви и нежности дать вам не смогу.
Неожиданно для него Джессика улыбнулась. А потом сказала:"
"– Не бойтесь, что я когда-либо потребую от вас таких чувств.
Мне с самого начала было понятно, что мы оба вступаем в этот брак по необходимости, а не по любви. Вы получите мои деньги, а я – вашу защиту от сводного брата. Так что вы нисколько меня не обидели. – Она склонила голову набок. – Вы хотите что-то добавить?
– Да. У меня будет одно условие.
– Какое?
– Я даю вам свое имя, и вы должны вести себя так, чтобы ничем не запятнать его. Я не допущу никаких слухов о вашей неверности, не говоря уж о более серьезных вещах.
Джессика тут же опустила взгляд на сложенные на коленях руки. Ее щеки покраснели.
– Конечно, граф, – прошептала она.
Потом Джессика медленно подняла голову, и Саймон понял, что ей было очень трудно смотреть ему в глаза. В тишине раздался ее тихий судорожный вздох.
– Что-нибудь еще? – спросила она.
– Нет. – Саймон скрестил руки на груди. – А у вас будут ко мне требования?
– Да. Их три.
Саймон удивленно поднял брови.
– И какие именно? – спросил он.
