– Надеюсь, что ты от меня такой комплимент никогда не услышишь.
Перед камином в кабинете стояло два мягких кресла. Джеймс сел в одно из них и обратился к другу:
– Садись, Саймон. Давай посмотрим на ситуацию логически.
– Проклятие, но это невозможно! У меня появилась возможность спасти Рейвнскрофт – само поместье, поля, леса и пруды. Помочь людям, живущим на моей земле, починить свои дома, которые совсем обветшали с тех пор, как мой отец и его молодая жена начали швырять деньги направо и налево. А еще отреставрировать церковь и… – Саймон остановился и перевел дух.
Мысли теснились в его голове, и слова не поспевали за ними. Через секунду он продолжил: – И поправить дела в других поместьях рода Норткотов. Для этого мне надо только жениться на сестре Танхилла и надеяться, что та не сбежит с садовником и не унизит меня еще сильнее, чем моя первая невеста. Это логический взгляд на ситуацию?
Джеймс ответил не сразу. Когда он заговорил, его голос звучал мягко, сочувственно:
– Возможно, есть другой выход.
Саймон отставил чашку на край письменного стола и, сев в кресло, повернулся лицом к другу.
– Джессика пришла к нам так рано утром, чтобы попросить о помощи. Она решила бежать из Англии. Подумала, что, может, в колониях ей удастся спрятаться от брата.
Саймон наклонился вперед и уперся локтями о колени.
– Ты знаешь, это ее не спасет, – сказал он."
"– Но Джессика не может оставаться в стране без какой-либо защиты, – отозвался Джеймс. – Скоро она станет очень богатой женщиной.
Танхилл из кожи вон будет лезть, чтобы заполучить эти деньги. Ты знаешь, что он за человек. Танхилл заставит суд признать ее неполноценной, а потом запрет Джессику в доме для умалишенных. А если это у него не получится, то он…
Саймон докончил с тяжелым вздохом:
– Просто убьет ее. Нам с тобой известно, что Танхилл обожает мучить тех, кто слабее.
– То, что он убил служанку в таверне, так и не смогли доказать.
– Я знаю. – Саймон откинулся на спинку кресла и коснулся груди, где под рубашкой чувствовался шрам, который шел от одного плеча к другому.
Он постарался подавить слепую ярость, которая вспыхнула в его сердце, но искаженные от муки лица людей, которых Танхилл зверски убивал в Индии, продолжали стоять перед его мысленным взором. Это было невозможно забыть.
Джеймс прервал его невеселые воспоминания. Он наклонился к нему и спросил:
– Так что ты собираешься делать?
Саймон ответил не сразу.
