На случай, если кто-то из учителей будет настаивать, он себе справочку заламинировал. Математичка бездельников терпеть не может и гонит его в коридор.
Грелкин сказал, что, когда гипс снимут, он попросит, чтобы ему капли глазные прописали. Он узнал, есть такие капли, когда читать нельзя: буквы расползаются и все видно только в лупу. Он все уже продумал: справку возьмет, а капать не будет. Все-таки удобно, когда у тебя тетя – участковый врач.
Когда урок закончился, все хлынули в коридор. Парни нас сразу окружили, даже те, с которыми я раньше особо и не контачил.
Начались обычные расспросы: «Как ты? Как дела?» Девчонки особенно не здоровались и держались в стороне. Только одна или две подошли, но Даф убеждена, что это ровным счетом ни о чем не говорит. Это чисто женское. Они друг на друга даже и не смотрят, а все равно спиной видят. Это только девушка может догадаться высматривать вас в стекло, где отражается отражение из еще одного стекла.
– А почему они все в куче стоят и шепчутся? – спросил я.
Даф предположила, что это обычная реакция женщин племени на всякую нестандартную ситуацию.
Если в пещере появляется тигр, они сбиваются в кучу, выталкивают к нему зазевавшегося старичка, чтобы проверить зверя на хищность, и ждут развития событий. Если события развиваются неблагоприятно, то вперед постепенно выталкиваются старушки, и так, пока зверь не насытится.
– А что же храбрые охотники? – спросил я.
– Храбрые охотники спорят, кто первый проявит чудеса героизма, и уступают друг другу честь бросить копье первым.
Зато если тигр умрет, подавившись старушкой, вождь непременно напялит его шкуру. На вопросы других вождей он будет многозначительно отмалчиваться или, отрывая комарам крылышки, рассуждать о преимуществах каменного топора в сравнении с дубиной…
Тут Даф спохватилась, что у нее потемнеют перья, и замолчала. С ней вечно так: ляпнет что-нибудь, а потом мучается, хорошо это было или плохо с нравственной точки зрения.
Одна девчонка, Алиса, которую я когда-то раза два проводил домой и один раз даже ел у нее в гостях котлеты, подошла ко мне и сказала:
– Чего не звонишь?.
. А это еще кто? Привет!
Если бы можно было убить словом «привет!», то Даф была бы убита наповал. Однако она выжила.
Даф, как всегда, была спокойна, как богиня. Гладила кота и всем улыбалась, приветливо, но без заискивания. Когда один болван спросил, в каких мы с ней отношениях, она сказала, что она моя дочь от первого брака. К слову сказать, болван этот и полтора года назад был болваном.
