* * *"
"И снова утро, снова обычный день, только Сорокина с утра не было. Остапчук прибыл в отделение первым, где его уже поджидала тетка Анна Приходько, заявившаяся с очередной кляузой. Пришел, дыша перегаром, инженер Кубарев, Владимир Александрович, технолог с фабрики, тихий, дистрофичный алкоголик, попросил отоспаться в «клетке». Домой он возвращаться побаивался. Его супруга — хорошая женщина, но от запаха спиртяги просто зверела, и в ход шло все, от сковороды до зажженной керосинки. Иван Саныч, стремясь предотвратить бытовое убийство, позволил.
Однако тут явился Акимов, приволок с фабрики еще одного алкоголика, только с прицепом — за ним тащились две скандалящие гражданки. Там дело обстояло позаковыристее: одна, гражданка Липатова, обвиняла его в гнусном посягательстве на свою честь, а другая, Берестова, утверждала, что на самом деле это Липатова накачала «ссильника» собственным пойлом.
В свете указов об ужесточении ответственности за самогоноварение и изнасилование вырисовывалась картина смешная и гнусная одновременно.
Посовещавшись, решили уложить несчастного инженера Кубарева просто в пустующем кабинете, где ничего нет, кроме пустого стола и лавки — вот на нее и пусть заваливается, прикрывшись на всякий случай дежурной шинелью (вдруг супруга объявится). Второго же алкоголика — отправить в холодную, там для здоровья и нравственности полезнее. Берестова пыталась протестовать, ссылаясь на то, что задержанному немедленно требуется медицинская помощь, а Остапчук втолковывал, что ему здоровее будет, если они обе моментально исчезнут и перестанут натягивать всем нервы поперек собственных дурных характеров.
Рабочий день шел ровно, с воодушевлением, можно даже сказать, ударно. И тут в разгар созидательного труда Акимов вдруг заявил, что ему срочно надо отлучиться, и на вопрос «Куда?» ответил:
— Да так, определиться кое с чем.
И сбежал.
«Вот это называется — перенимать ненужный опыт, — отметил сержант с философским неудовольствием, — сколько раз говорил ему: учись от меня только хорошему.
Как дети, право слово».
Хотя… нет худа без добра, он давно уже собирался проверить одну версию, без официального поручения, для очистки собственной милицейской совести. Однако для того, чтобы не породить сомнений, упреков и прочей ненужной шелухи, надо дождаться, пока лейтенант сбежит окончательно, и поспеть вернуться до того, как появится капитан.
