– Нет, спасибо. Мне необходимо привести в порядок мысли перед разговором с Дирингом. Понимаешь, мне трудно понять его мотивы, и в то же самое время я чувствую, что предаю отца, свою семью, любя человека, который принес столько неприятностей. – Она встала и взяла накидку, лежащую на стуле. – Скарсдейл ведь не отошлет его, правда?
– Нет, – уверенно ответила Амелия. – Но я поговорю с ним, как только он выйдет из кабинета, и, если будет что сказать, я найду тебя среди цветов.
Амелия вышла из комнаты без Пандоры и Тени, которые нежились на полу в теплых солнечных лучах.
Шарлотта спустилась вниз и вышла через заднюю дверь в сад. Несколько темных дождевых облаков попытались закрыть солнце, но это им не удалось, и Шарлотта медленно пошла по аллее сада."
"Через некоторое время она села на скамейку возле орхидей. Их хрупкая красота и нежный аромат несли спокойствие. Именно это ей и было нужно – абсолютный покой и надежда, что ее ум и сердце найдут компромисс.
* * *Диринг нашел Шарлотту среди орхидей.
Ее лицо было бледным и нежным, как и окружающие ее цветы. Скарсдейл отослал его, язвительно предложив ознакомиться с библиотекой поместья. Диринг понял, что ему вежливо предлагают скрыться с глаз долой, и не заставил себя просить дважды. Он приехал сюда, чтобы поговорить с Шарлоттой, и намеревался сделать это как можно скорее. Время могло ожесточить ее сердце против него, и этого нельзя было допустить. Не обнаружив ее в доме, он отправился в сад. День клонился к вечеру, и воздух стал прохладным – верный признак грядущей перемены погоды, но Диринг продолжал бродить по бесконечному саду, исполненный решимости найти жену.
И ему это удалось.
Некоторое время он стоял без движения, пожирая ее глазами. То же самое с ним было, когда он впервые увидел ее и в одночасье попал под власть ее очарования, ее музыки. Тогда же он ощутил неуверенность в том, что сможет вызвать у нее интерес. Все это было до его плана, который теперь развел их.
Должно быть, он дышал слишком шумно, или у него слишком громко билось сердце, потому что Шарлотта оглянулась и увидела его, стоящего в нескольких шагах от нее.
Она сразу встала – выражение лица потрясенное, глаза широко раскрыты, – и Диринг поднял руки: ему показалось, что она готовится убежать. Он вовсе не хотел испугать ее, тем самым добавив еще один грех к и без того длинному списку. Шарлотта пристально смотрела на него, жалея, что не может заглянуть в глубину его сердца.
– Я знаю, что ты сделал.
