Тем более что новая должность требовала солидности и серьезности. Успешно сдав экзамен на высшую категорию, Сергей получил повышение и стал заместителем начальника отдела по отлову поглотивших хозяев демонов. И теперь краснеть и смущенно опускать глаза ему ни в коем случае было нельзя. Но это оказалось не так-то просто. Взгляды, полные осуждения и откровенного презрения, буквально прожигали. В полнейшей тишине Владимир прошел вдоль раздачи, переставляя тарелки, услужливо наполняемые дежурными дивами, себе на поднос.
Он держался свободно и, казалось, совершенно не обращал внимания на напряженную атмосферу, и колдун старался всячески ему подражать.
«Владимиру тяжелее, – думал он, – но он отлично держится, значит, и я смогу».
Сергей знал, что до того, как стать наставником, Владимир, как и прочие дивы, прислуживал колдунам в этом роскошном мраморном зале, с потолка которого свисали хрустальные люстры, а по торцевой стене возвышался украшенный лепниной и изразцами камин. А теперь див должен показать, что имеет право находиться здесь наравне с колдунами.
Владимир направился к пустому столу в самом центре зала, и, хоть Сергею хотелось забиться в самый дальний и темный угол, он понимал, что Владимир поступает правильно, и тоже мужественно уселся у всех на виду. В звенящей тишине послышался резкий скрип отодвигаемых стульев: колдуны за соседними столиками одновременно поднялись и демонстративно переместились по залу как можно дальше от дива. Один в сердцах плюнул на пол. Мончинский почувствовал, как к его щекам приливает кровь.
Это уже слишком.
– Признаться, – нарочито громко сказал он, – мне стыдно называть некоторых присутствующих здесь своими коллегами.
– А я, напротив, приятно удивлен их предусмотрительностью, – ответил Владимир и, ничуть не смущаясь, открыто оглядел зал. – Наконец-то уважаемые господа решили освободить самые удобные места для молодых колдунов, что пришли в наше Управление совсем недавно и, несомненно, нуждаются в поддержке старших товарищей.
– А ведь верно, – Мончинский улыбнулся. Ему вдруг стало совершенно наплевать на неодобрительные взгляды старых служак. Пусть только попробуют сказать что-то оскорбительное в адрес Владимира или Гермеса Аркадьевича!
– Как тебе салат? – спросил он и взял в руки вилку, но тут же спохватился: – Ой, прости… те… Как вам салат? Лосось великолепной посолки, мне кажется.
Обретя душевное равновесие, Сергей принялся рассказывать, что ему больше всего нравится в меню.
