- Мне бы хотелось изменить ваше мнение. Я приглашаю вас стать моими гостьями в следующую субботу, - сказал гранд. И я еле сдержалась от радостного вопля. Он клюнул! Клюнул!
- Вашими гостьями? – Варежкина приподняла брови. – Вы разве забыли, что нас сослали на маяк, подальше от общества?
- Я не следую за обществом. Живу и действую, как хочется именно мне, - немного надменно произнес Карлос. – Поэтому я так интересен для него. Если ты не можешь быть свободным, то с жадностью следишь за тем, кто пользуется этой свободой сполна.
- Ваши дочери так же свободны, как и вы? – в своей язвительной манере поинтересовалась Варежкина. – Или это другое?
- Вы хотите уличить меня в лицемерии? – тихо засмеялся он. – Мои дочери свободны в той мере, которая позволительна девицам их возраста и положения. Я не тиран и не пытаюсь навязать им дурацкие правила, от которых один вред. Итак, могу ли я рассчитывать на ваше появление в моем доме в предстоящую субботу?
- Мы принимаем ваше приглашение, - ответила я, обратив внимание на странный перстень на его безымянном пальце.
Это был рубин, оплетенный клубком змей.
- Я просто уверен, что вам понравится. Жду вас к семи часам вечера. А теперь я вынужден покинуть вас. Похоже, прощание с покойным подходит к концу, – Карлос поцеловал нам руки и, поклонившись, вернулся к остальным аристократам.
- Мы идем на вечеринку к загадочному гранду! - радостно прошептала Лида. – Я хочу станцевать! Но, увы, для этого место неподходящее!
- Рано радоваться. Неизвестно, что нас ждет на этой вечеринке, - я постаралась немного остудить ее пыл.
– Представь реакцию «обчества». Скандал.
- И что? А ты думаешь, зачем они все посещают все эти вечера у де ла Серды? Ради скандала! – хмыкнула Варежкина. – Очень уж непростой мужик…
- Ты ведь говорила, что ничего особенного! – возмущенно напомнила я ей. – Что Карлос «накидал на себя таинственности»!
- Ну че сказать… Накидал умело… - она приподняла вуаль и широко улыбнулась. – Он как этот… Что сквозь Великую Китайскую стену проходил!
- Копперфильд, что ли? – я насмешливо покосилась на нее.
– Он-то каким боком?
- Ну-у-у… симпатичный тоже… и таинственный… - Лида закусила губу. – Я помню, от телевизора не отлипала, когда он фокусы свои показывал.
- Не знаю, не знаю… Мне никогда не нравился этот аферист с начесом на голове, - фыркнула я. – Такое себе.
- Ты бы ему тоже не понравилась! – обиделась Варежкина на такое пренебрежительное отношение к шастающему через Китайскую стену Дэвиду.
