– И поверьте, леди Беатрис, я знаю, что меня ждет. Возможно, я не готов ко всему, что предстоит, но лучше так, чем бесконечные скучные будни с вялой девицей.
За окном гудела рождественская вьюга, а в маяке было тепло и уютно. Озаренную золотистым светом свечей комнату наполняли смех, веселые голоса. И всех нас объединял дух семьи. Пусть даже некоторые из нашей компании и не являлись родственниками.
Уже ночью, когда все спали, мы с Варежкиной оделись и поднялись на балкончик маяка. Здесь было холодно. С моря дули ледяные ветра, от которых наши плащи раздувались, словно паруса.
- Ну что, пора покончить с этим? – Лидуня протянула мне философский камень. – Ты или я?"
"- Можешь сделать это сама. Какая разница, кто избавиться от монстра, созданного человеком для своих самых страшных и опасных желаний, - ответила я, глядя на мрачный артефакт. – Выбрось его в море.
- Скажи, а ты хотела бы вернуться в ту прошлую жизнь? – вдруг спросила Лида.
- Зачем? – у меня внутри все похолодело, стоило только представить такой поворот событий.
– Не произноси этого вслух. Нас там уже нет.
Варежкина молча размахнулась и швырнула философский камень в темноту, из которой на нас летел рой крупных снежинок. И тут случилось нечто совершенно неожиданное. Артефакт вспыхнул кроваво-красным светом, оставляя после себя длинный искрящийся след.
- Ты видела? – прошептала я, чувствуя, как душа сжимается от страха. – Не нравится мне все это… Не к добру…
- Прекрати! - шикнула на меня Варежкина, но я видела, что ее глаза в темноте испуганно блеснули.
– Не нужно нагнетать. Подумаешь…
В этот момент раздался странный треск. Прямо под нами.
- Какого черта? – прошептала я, и мой голос прозвучал гулко, будто я находилась в глубоком колодце. А все потому, что воцарилась странная, пугающая тишина. Но длилась она недолго. Балкон рухнул вниз, увлекая нас в заснеженный мрак.
- А-а-а-а-а! – вопила я, не желая верить в происходящее. Ну это же несправедливо! Так нельзя!..
***
- Женщина, тише! Успокойтесь! Сейчас приедет скорая!
Незнакомый мужской голос заставил меня замолчать.
От бешеного стука сердца мне было нечем дышать. Паника нарастала со скоростью снежной лавины.
Женщина? Скорая?!
Я открыла глаза и заорала снова, поняв, что сижу в машине Варежкиной. Это был тот день, когда мы встретились в первый раз. Лида лежала лицом на подушке безопасности и не подавала признаков жизни.
- Варежкина! – я принялась тормошить ее. – Очнись! Лида!
Толпа вокруг нас галдела.
