Ее лицо в полумраке выглядело зловеще.
- Что ты хочешь обнаружить?
- Не знаю. Может, под одной из плиток есть ниша, - предположила Варежкина. – А в ней светильник!
Мы обтерли всю облицовку в поисках заветного тайника, но все было бестолку. Я уже отчаялась что-то найти, но все равно присела, чтобы ощупать низ камина. Чтобы уж наверняка. И тут мое внимание привлекла одна из плиток, находящихся ближе к полу. Она будто немного выпирала.
- Лида, где нож?
- Вот, держи, - она протянула мне столовый прибор. – Ты что-то нашла?
- Еще не знаю, - я поддела ножом плитку и она поддалась.
– Кажется да…
Заветная ниша смотрела на нас своим темным «глазом», а мы смотрели на нее, не в силах пошевелиться. Первой не выдержала Варежкина. Она опустилась на колени и, глубоко вдохнув, засунула руку в тайник. Послышался тихий скрежет, а за ним показался… обычный большой фонарь, в который наливалось масло.
- Это что, светильник смерти, принадлежащий древнему жрецу? – скептически протянула Лида, смахивая с фонаря паутину.
– Ерунда какая-то…
- Погоди, не торопись… - я взяла свечу и поднесла ее ближе. – Посмотри, что там внутри?
Она подняла фонарь выше, и мы прижались носами к холодному стеклу. За ним «расцветал» бутон какого-то диковинного цветка из черного оникса.
- Это он… - восторженно прошептала Варежкина. – Это светильник!
- Тише! Нас могут услышать! – я вернула плитку на место, после чего забрала у подруги фонарь. – Давай получше рассмотрим его.
- Да, да! Давай! – Лида помогла мне снять с фонаря крышку и горящим взглядом наблюдала, как я достаю мистический артефакт.
– Какая красивая вещь…
Светильник был действительно очень красивым. По его глянцевой поверхности разбегались белые прожилки, и, наверное, когда в нем трепетало пламя, выглядело это очень необычно. Полюбовавшись артефактом, мы вернули его на место. Пора было возвращаться.
Мне даже не верилось, что все прошло так гладко. Это было каким-то невероятным везением. Но радовалась я рано…
Мы уже почти дошли до своей комнаты, когда в коридоре появились два силуэта.
Меня словно холодной водой окатили, и я ничего лучшего не придумала, как задуть свечу. Сразу после этого раздался истошный женский крик: - Воры! Помогите! Воры-ы-ы!
- А ну стоять! – прозвучал следом мужской голос. – Стоять, я сказал!
Но мы и не собирались двигаться, охваченные ужасом. Вот это влипли!
К нам осторожно приблизился слуга, держа перед собой свечу в дрожащей руке. В его второй руке была зажата сабля, снятая со стены.
