Но все равно не понимаю, как можно было отказаться от Марокко? Ну, правили бы в пустыне своей, а в Касабланку на выходные… Охлаждаться от перегрева…
— А с чего ты списал со счетов Кадафа старшего? Он прекрасно правит страной и никуда пока деваться не собирается. Напротив, у него новая молодая пассия. И нам даже кажется, что на этот раз его сердце оттает… — ответила Таша, — кстати, вот папа тоже совсем один, живет здесь аскетом. Может быть, было бы неплохо, если и в его жизни бы появилась женщина…
— Таша… — предостерегающе цыкнул Адам, опасливо смотря на отца, строившего сейчас на отдалении от них вместе с внуками песочный замок, — смотри только, не ляпни это при нем…
Таша чуть заметно кивнула, снова посмотрев на статную фигуру отца и вмиг помрачнев.
Тонкая вуаль тоски и печали сразу накрыли ее взгляд. Ника увидела это столь отчетливо, что даже стало не по себе…
Обстановку решил снова разредить сам Адам, увидев реакцию сестры на свое же замечание. Резко сменил тему.
— Что скажешь, Ника, отказалась бы от красивейшего края в пользу пустыни?
— Не все меряется властью, Адам.
Не все ее так жаждут, как ты… — ответила она.
Иштар улыбнулась.
— А она мне определенно нравится, братик…
— Мне тоже, — тихо ответил Адам, не посмотрев на Нику. Быстро встал и направился к отцу с племянниками.
— А он влюблен до беспамятства. Интересно… Никогда не видела его таким, — хихикнула Иштар, стоило им остаться с Никой вдвоем. Белькасем отошел переговорить по телефону по срочному вопросу.
— Каким таким? — и почему Ника спросила именно это.
Почему не стала рьяно отрицать предположение о его влюбленности или хотя бы просто проигнорировала бы его."
"— Идиотом, — усмехнулась та в ответ, — Никогда не замечали, все влюбленные мужчины ведут себя, как идиоты. Ой, хорошо, что мой муж сейчас это не слышит. Ника, так как Вам удалось его в себя влюбить?
— Я хотела его убить, — невозмутимо ответила девушка.
Иштар снова засмеялась, посмотрев на нее с неподдельным интересом.
— И почему-то я Вам безоговорочно верю…
Глава 24
Непринужденные беседы, освежающие объятия океана, когда кожа уставала греться под настырным солнцем, блаженная нега летнего морока, замешанного на сладкой лирической ностальгии.
Они и не заметили, как день начал клониться к закату, о чем свидетельствовал красный шар, опускающийся в море на линии горизонта.
— «Когда станет грустно, посмотри на солнце», — процитировала Иштар «Маленького принца», подойдя к застывшей на террасе в немом созерцании Нике.
