Кандалы, с помощью которых древние усмиряли самых отпетых злодеев. Выходит, Бастиан и меня считает преступницей?
– Вы не имеете права надевать на меня это, – брезгливо тряхнула руками. – Я законов не нарушала.
На самом деле нарушала, и еще как. Тайно, без разрешения, проникла на территорию государства, с которым Сурия враждует. Скрыла, откуда я, назвалась чужим именем. Шпионила… По крайней мере ТМХ дракона точно пыталась выведать. Меня во многом можно обвинить. Но магистр-то об этом не знает.
А признаваться я не собиралась.
– Я думала, вы другой. Заботливый и справедливый. Благородный. Мне нравилось с вами общаться… – А ведь нравилось, действительно нравилось. – Я даже вам доверять начала… почти. А вы… Лучше бы я сегодня вообще сюда не приходила. Выбросила бы этот плащ вместе с тапочками, и все.
Губы предательски задрожали, как ни пыталась сдерживаться, но, тряхнув головой, я упрямо закончила:
– Я ничего вам не сделала. И вещи ваши вернула. Все до единой.
А вы меня в благодарность магии лишили, как последнюю воровку. Дальше что сделаете? На цепь посадите, да?
Потянулась к внутреннему источнику, но ощутила лишь какую-то сосущую пустоту. От этого на душе стало совсем горько, а на глаза невольно навернулись слезы. Сердито сморгнула их и отвернулась – на дракона смотреть совсем не хотелось.
– Что за глупости ты себе напридумывала, девочка.
Странно, но в голосе мужчины не было ни торжества, ни ликования. Мне показалось, даже растерянность мелькнула.
Хотя нет, точно показалось.
– Я не собираюсь никуда тебя сажать, наказывать или удерживать силой. Эти… гм… браслеты – всего лишь гарантия того, что ты не исчезнешь, пока мы все не выясним. Где ты живешь, учишься. А потом я тебя отпущу, даже лично провожу домой и передам с рук на руки родителям. Мне есть о чем с ними поговорить.
А вот это точно нет. Не дождешься.
– Все предусмотрели, д-да? – я даже заикаться начала от ярости. – А вот хостово копыто вам, а не правда.
Ни единого слова не скажу, даже если мне всю оставшуюся жизнь придется провести…
Огляделась по сторонам, заметила стул, шагнула к нему и опустилась на краешек.
– Вот на этом стуле. Ничего вы обо мне не узнаете. Я… Я отказываюсь давать показания, – всплыла в памяти торжественная фраза из романов про сыщика Карра Траирского, которые я глотала пачками. – И вообще разговаривать с вами. Вот так.
И гордо расправила плечи.
