– Почему эллины изменили мне, – сказал он, и голос его дрогнул, – почему вы предали меня персу? Разве мы не одной крови с вами, разве не одни у нас боги? И разве не в отмщение за ваши обиды пошел я воевать с Дарием?
– Мы никогда не признавали тебя, – дерзко ответил спартанец Эвфикл, – и договора с тобой не заключали.
– Я знаю, – холодно ответил ему Александр, – вам, спартанцам, никогда не была дорога земля Эллады, кроме вашего города. Но золото персидское вы уже давно научились ценить.
И, отвернувшись от Эвфикла, он подошел к Фессалиску и Дионисодору, фиванским послам.
Несколько секунд Александр молчал. Вспомнились Фивы, охваченные огнем, стены, лежащие в развалинах, жители, идущие в рабство… Много, слишком много наделал там беды царь Македонский!
– Вы оба, граждане фиванские, можете вернуться домой. Ты, Фессалиск, сын благородного человека Исмения, и ты, Дионисодор, победитель в Олимпии, – я отпускаю вас.
Фивяне, не веря себе, глядели на него изумленными глазами. Они знали, как жесток бывает к изменникам македонский царь, – они ждали самой страшной кары.
Но они не знали, как нужно было македонскому царю добиться благоволения Эллады, благоволения великого города Афин!
– Да, я отпускаю вас, – повторил Александр, видя, как они потрясены, – вы свободны… А ты, Ификрат, – обратился он к афинянину, – останешься со мной. Я глубоко уважаю твоего отца, полководца Ификрата, чье имя ты носишь. Я почитаю Афины, твой город, город эллинской славы. Ты останешься со мной, но не как пленник, а как друг, и как друг царя Македонского ты будешь окружен всеми почестями.
Если ты согласен."
"Молодой Ификрат стремительно подошел к царю, протянув к нему руки:
– Благодарю тебя, царь. Я заслужу твое доверие!
Эвфикл ждал, не сводя с Александра острого взгляда. Царь презрительно посмотрел на него.
– Ты тоже ждешь моей милости? Теперь, когда твой царь Агис начал против Македонии открытую войну, когда он рыщет вместе с персами по островам Эгейского моря и добивается моей гибели, я должен щадить тебя, его посла? Нет.
Спарта воюет со мной. Ты – спартанец, значит ты военнопленный. Военнопленным и останешься. Стража, возьмите его!
Эвфикл побледнел, хотел крикнуть что-то злое. Но стража вывела его из шатра.
Письмо Дария и ответ АлександраМакедонское войско двигалось к Финикийскому побережью, к древним торговым городам. Обрывистые горы Ливана поднимались все выше и круче, отгораживая македонян от внутренних областей Азии.
