Александр Сергеевич потом к нему и в Кронштадт ездил, и даже стал помогать, чем мог, экипажу одного корабля…
Юрий Петрович был очень динамичным человеком, долг свой исполнял блистательно и не верил никому. Конечно, он был наемником, но наемником, которому не нравится фраза: «Только за деньги». Руководствовался он одним своим правилом: «Если все спокойно, значит, получена не вся необходимая информация». При этом Ермилов никогда не дергал по пустякам, и уж если он сидел утром на кухне загородного дома Юнгерова, если приехал без предварительного звонка, значит, основания на то имел серьезные.
Юнкерс рукой растер грудь под халатом, вздохнул и пожаловался, не здороваясь:
— Сон мне хреновый приснился, Петрович. Мерзостный такой сон. С перепою, наверное…
Ермилов, как и большинство моряков, был человеком суеверным, невзирая на предельный прагматизм, поэтому покачал головой:
— Думаю, Сергеич, что неспроста этот звоночек.
— Ясный пень, — согласился Юнгеров, наливая себе чай. — Раз уж ты тут сидишь, то и аналитиком быть не надо…
— А по-твоему, я на хорошие новости не способен? — улыбнулся Ермилов.
— Способен-то, может, и способен… — шумно отхлебнул из своей кружки Александр Сергеевич. — А только радостного ты мне не говоришь. И хорошего про людей не говоришь, только плохое.
— Плохое или про плохих?
— Ну… ну хорошо, про плохих… и что?
— Ничего, — пожал плечами Юрий Петрович. — Просто я хочу, чтобы их не было. По крайней мере — рядом.
— Ты прямо как один из первых последователей Христа…
— Не тяну.
Скорее я — марксист, работающий в малых формах. То есть пытаюсь способствовать строительству коммунизма в твоей капиталистической империи.
— Во как! — покрутил головой Юнкерс. — Ладно, Петрович, не томи… а то я решу, что ты этими разговорами мне пилюлю сластишь, и начну нервничать.
— Есть! — Ермилов отставил от себя кружку и весь внутренне подобрался, как во время доклада командующему. — В общем, у меня две новости, и обе — не очень. Начну с той, которая проще и конкретнее: ты мне поручил выяснить, сколько ассоциация рынков собирает на подношения власти и сколько эта самая власть реально переваривает.
— Ну, — прищурился Юнгеров. — Так что, крадут суки?
— Разумеется, — спокойно кивнул Юрий Петрович. — Причем дела еще хуже, чем мы предполагали. Председатель ассоциации реально собирает на эти цели каждый месяц двадцать две тысячи тугриков. По моим подсчетам, на сегодняшний день власти из них перепадает не больше пяти.
