Дядя Боря сразу же вручает мне в руки одну из близняшек со словами: «Заодно и потренируешься». После чего мы садимся в мой автомобиль и долго едем по городу, встряв в пробку.
Оказавшись в квартире, родной брат мамы важным тоном просит провести ему экскурсию. Замечая мелкие недостатки в виде высоты розеток или кривоватого плинтуса, он сетует на то, что мастера нынче работают спустя рукава. Вот если бы мы пригласили его — дядя Боря сделал бы нам идеальный ремонт, а самое главное не настолько дорого. И плевать он хотел на то, что у нас своя строительная компания.
Я глубоко дышу и успокаиваю себя тем, что гости — это ненадолго. Всего на три-четыре дня. Максимум пять. Я же могу побыть терпимой и доброжелательной? Могу. Нужно просто попробовать.
Вспоминаются обидные слова мамы, которые она выкрикнула в пылу ссоры, будто мы с Натаном никогда не бываем ей рады. Это вовсе не так. Я с удовольствием провожу время с родителями, просто мы теснимся не в одной квартире. Натан не любит посторонних, а я его поддерживаю.
Возможно, это отголоски жизни в студенческом общежитии, когда приходилось делить кухню, санузел и душ. Но тогда у нас попросту не было выбора, а сейчас он есть. И муж предпочтёт оплачивать аренду квартиры или гостиницы во имя собственного спокойствия.
Натан возвращается поздно вечером, и, даже не ужиная, направляется в спальню. Я подхватываю Нику на руки и следую за ним.
Застываю в дверном проёме, прижимаю к себе кроху. Первый день — полёт нормальный. Помогая Эле, я научилась готовить кашу и менять подгузник.
В последний день и вовсе сдам экзамен по краткому курсу молодой матери.
— Посмотри, Нат. Мы похожи? — спрашиваю, целуя Нику в пухлую щёку.
Она в свою очередь тянет меня за волосы. Я айкаю и кривлю лицо. Делаю вид, что мне больно.
— Представь, что это наша с тобой дочь, — проговариваю, когда муж отрывается от ноутбука и осматривает нас скептическим взглядом.
— Для чего, Влада? Это не наша дочь.
— Какой же ты!.. Совсем не развиваешь фантазию, Левицкий!
На следующий день Натан приходит гораздо позже, когда в квартире уже все спят.
Я настолько устала, бегая с Элей по больницах и выстаивая громадные очереди, чтобы попасть к какому-то жутко умному, но заносчивому специалисту, что даже не откликаюсь на ласки мужа.
С каждым днём мы всё меньше времени проводим вместе. Я устаю, трачу силы на сестру и близняшек. Со временем понимаю, что дети — это чертовски сложно, хотя и мило.
В последний день отъезда родственников у меня дёргается глаз.
