Похоже, Скорикову и той девушке, которая спала с моим мужем, удалось здорово встряхнуть наши отношения. Тут же включились животные реакции. Присваивать, помечать и доказывать своё первенство.
Натан снова включает душ и встаёт под тёплые струи воды, которые бьют по его плечам и спине.
— Обойдусь без комплиментов, малыш. Лучше иди скорее ко мне.
Я повинуюсь, быстро снимаю платье и бельё. Ступаю по кафельной плитке и забираюсь в душевую кабину. Почувствовав прилив возбуждения, умело его игнорирую. Мы безумно устали после перелёта и прогулки.
Сейчас бы поесть и уснуть. Но у Натана оказываются другие планы.
Он нежно намыливает моё тело. Сначала шею и грудь. Задевает соски подушечками пальцев. Разжигает, провоцирует. Но делает это обыденно и ненавязчиво! Можно и правда подумать, что муж хочет помочь принять мне душ. Вот только тело молниеносно откликается и реагирует — в нём будто кто-то включил рычаг под названием «похоть» и случайно забыл выключить.
Прогибаюсь в спине, ощущаю как в ягодицы вжимается член.
Я готова взорваться от одной только мысли, как сильно хочу его в себе. Снова и снова!
Натан видит это и ловит ответные эмоции. Он осторожно убирает мои влажные волосы на одну сторону и прижимается губами к шее. Я некстати вспоминаю, что буквально вчера в этом же месте меня жадно и нетерпеливо целовал Скориков. Улетаю от этих ощущений. Зажмуриваюсь и пытаюсь выбросить его из головы, но помогает мало.
Муж упирается ладонями в стекло душевой кабины, входит в меня и начинает плавно двигаться. В этот раз никакой спешки.
Медленно, чувственно. Он боится, что меня потеряет. Боже. Хочется тут же доказать ему обратное. Потому что меня так же накрывает от неизвестности.
Обхватываю мужские запястья с крупными венами и встаю на носочки, чтобы было удобнее. Для кого-то мы аморальны и ненормальны в своей сущности, но проблема в том, что норма у каждого своя и она, по сути, мало кому интересна, кроме близких. Её невозможно навязать простому перехожему, нельзя зафиксировать и измерить. Свою норму мы с Натаном устанавливаем и корректируем сами.
Охаю, вздрагиваю. Клянусь, я думала, что два — это мой максимум на сегодня, но от полученных новых ощущений организм сбоит и перестраивается на совершенно иной ритм. Кажется, будто кто-то тушит для меня свет. Создаётся впечатление, что я схожу с ума. Кожу пронзает сотней мелких иголочек, которые щекочут и задевают нервные окончания.
Когда прихожу в себя, то обессиленно сползаю на колени и вожу рукой по влажному члену.
