Дэниел обнимал за талию Кэти и без особого задора позировал перед камерой фотографу. С позированием я, конечно, загнула. Он просто стоял.
– Его заставили.
Стеф тихо рассмеялась.
– Дэниела? Заставили? И кто, кроме твоей сестры, на это способен?
Я улыбнулась краешком губ, наблюдая за Кэти, разодетую по всем канонам тех годов: струящийся тёмно-синий шёлк, перчатки до локтей и чёрный меховой боа, придающий нотку гламура к её изысканному и утончённому образу. Сестра, почувствовав наши взгляды, обернулась, тепло улыбнулась и помахала рукой.
Но подходить не спешила. На таких вечерах она старалась не отходить от Дэниела, считая, что все женщины Чикаго охотятся исключительно за ним. Кэти была ещё ревнивее, чем я.
– Ладно, это идея Эрика, – созналась я. – Он красочно накидал Дэниелу о том, что мимо этой вечеринки журналисты точно не пройдут. Люди до сих пор неоднозначно относятся к тем годам. Тогда был запрещён алкоголь, и потому в стране под началом Аль Капоне процветал нелегальный бизнес: бары, притоны, клубы.
Благодаря ему Чикаго стал центром организованной преступности, и бандитские войны за контроль над алкогольным рынком привели к массовым столкновениям и убийствам…
– Бог мой! – шумно выдохнула подруга, и я, прервав свой, судя по всему, неинтересный рассказ, машинально проследила за её взглядом. Проследила и застыла, смотря на вошедших в открытые двери двух мужчин.
Образ Мейсона переплюнул всех. На нём был сдержанный костюм двойка с идеально завязанным спокойного чёрного оттенка галстуком.
Но остроносые лакированные туфли, шляпа с умеренно большими полями и трость поразили не только меня. На него глазели все, без исключения, и даже Дэниел выразил некое подобие удивления при виде его. Сам же Мейсон, очевидно, не ощущал никакого волнения из-за чересчур пристального внимания и вписывался в эту вечеринку идеально. Чего нельзя было сказать про Максвелла.
Разумеется, я и не надеялась, что Уайт нарядится в гангстера, хотя из всех присутствующих он больше всех был похож на человека, крутящегося в подобных кругах.
Но я и подумать не могла, что простые чёрные брюки и белая рубашка с подвёрнутыми рукавами будут смотреться на нём настолько… впечатляюще…
Закусив щеку, я бесцеремонно облапала глазами весь его торс, задержалась на крепких руках и фривольно проехалась по ягодицам, когда он, чтобы поприветствовать сестру с мужем, развернулся ко мне спиной. Прекрасный ракурс.
