Скрипя зубами, но разрешил. Но ей?! Она из ума выжила?! Я даже думать не хотел, насколько по-идиотски ошарашенно выглядело сейчас моё лицо.
– Максвелл, я…
– Значит, так, – сухо и жёстко обрубил я. – Если через пять секунд твоей задницы не будет в тачке, я уезжаю.
Мне надоели её замыкания и, в принципе, весь этот цирк.
Она открыла рот, скорее для того, чтобы выдать очередную порцию нравоучительного дерьма, но честно, я уже был сыт по горло.
Стараясь забить на затравленный взгляд напротив, я скользнул на сиденье и захлопнул дверь.
Завёл мотор, включил радио и уставился на приборную панель, ожидая, пока принцесса поймёт, что я не шучу. Пять секунд… Десять… Пятнадцать. Я втрое превысил лимит ожидания, но какого-то чёрта медлил и не спешил ударять по газам.
Тридцать секунд… сорок пять… Минута.
Время истекло."
"Я выжал стоп, переключил передачу и реально был готов исчезнуть в ночи, как она с некой осторожностью и опасливостью во взгляде, словно тут террариум со змеями, опустила свой аппетитный зад рядом со мной.
Недоуменно приподняв бровь, я наблюдал, как она, нервно вцепившись пальцами в ремень безопасности, судорожно и крайне комично пытается попасть застёжкой в отверстие, будто мы уже на всей скорости несёмся в ближайший столб, и без средств защиты она вот-вот познакомится поближе с лобовым. Несколько секунд моего злорадства, и я, психанув, пристегнул её сам.
Уже через минуту весь салон пропитался клубничным ароматом.
Она словно искупалась в бочке ягодного сока и теперь приятно дразнила мои рецепторы своим соблазнительным запахом: не приторным, а каким-то мягким, от которого хотелось облизнуться, как голодному псу.
Мы успели только выехать на трассу, как я заметил, что с ней происходит нечто странное. Как назло, хлынул ливень, и я, включив дворники, мельком бросал на неё взгляды, стараясь не отвлекаться от дороги.
Эм побледнела. Настолько сильно, что на фоне чёрной кожи салона стала напоминать живого мертвеца.
На лбу выступили капли пота, и она, не отрываясь от одной точки, расположенной где-то в районе её колен, почти не моргала. Тяжело дышала и тёрла дрожащей ладонью центр груди, спускалась к животу и поднималась обратно. Я пропустил момент, когда она расстегнула ворот толстовки, но вполне чётко видел проступившие на шее красные пятна.
«Какого чёрта происходит?».
– В чём дело? – напряжённо спросил я.
Она не ответила.
