Кайден находился рядом, крепко обнимая меня, и в призрачном свете аквариума я видела его умиротворенное лицо – наверняка ему снился мир, в котором сегодняшний день просто не случился. Мне тоже хотелось спать, хотелось позабыть обо всем хоть на время, но я знала, что единственными моими сновидениями будут кошмары, полные всех мук ада и невообразимых разрушений, которым стала свидетелем ранее.
Если бы Кайден знал, что творится в моей голове, он не заснул бы, а продолжил лгать мне своим успокаивающим голосом, стараясь заставить меня поверить в то, что все будет хорошо.
Однако ему и без того несладко пришлось сегодня, а потому я притворилась спящей, и прошло совсем немного времени, прежде чем я ощутила, как он расслабился. Теперь я коротала часы, разглядывая его – человека, который думал обо мне гораздо лучше, чем я сама о себе, лейтенанта, который стал Спектром, но не растерял при этом искренности и способности сопереживать и по-настоящему заботиться о ком-то. Не знаю, почему кричала на него, почему обвиняла в чем-то, использовала, как боксерскую грушу, на которой можно выместить собственные страх и вину.
Мне бы уже давно следовало знать, что, чувствуя угрозу, я набрасываюсь на первого, кто попадается мне под руку. Я ненавидела себя за то, как раз за разом поступала с ним, наказывая за то, что он посмел заботиться обо мне.
Мы оба находились под огромным стрессом и отдавали себе в этом отчет, но он не обязан был брать на себя роль моего гребаного психотерапевта, я сама не хотела этого.
Я задавалась вопросом, вел бы так себя любой на моем месте, или подобное поведение тоже являлось последствием детских травм? Почему я продолжала отталкивать близких мне людей, даже несмотря на то, что одновременно так сильно хотела…
- Я люблю тебя, - произнесла я одними губами, нежно касаясь седины на его висках, запечатлевая в памяти каждую черточку его лица, будто видела в последний раз. Мне так хотелось поверить в то, что он говорил. Я знала, что он старался утешить меня, подставить плечо, когда никого больше не было рядом, но он и сам нуждался в утешении.
Мы оба знали – черт, да все знали – что наблюдаем конец света. Если мы потерпим поражение, у нас не будет второго шанса – Жнецы соберут свою жатву.
Кайден говорил, что все будет хорошо, что мы выживем и сможем жить дальше, хотел заставить меня поверить в свет в конце туннеля, но если я когда-то и верила во что-то подобное, то теперь эти дни остались позади.
После сегодняшних событий.