Джена сосредоточилась на своих руках, снова и снова растирая старый шрам на ладони, словно таким образом могла стереть и стоящую за ним историю. Вместо того чтобы разнять ее руки, я накрыл их своими, успокаивая, но недостаточно, чтобы унять дрожь.
- Что заставило тебя уйти? – неуверенно спросил я, надеясь, что она посмотрит мне в глаза. – Что случилось?
Даже задавая эти вопросы, я понимал, что вовсе не хочу слышать ответ. Я не хотел знать, что могло быть хуже того, через что Джена прошла в юности. Я не хотел, чтобы воображение рисовало в уме эту картину, не хотел, чтобы она произносила это вслух, тем самым подтвердив мои опасения.
Она никогда прежде не говорила о том, о чем рассказывала сейчас.
- Я… я не уходила, - сказала она тихо, стыдливо, одним своим голосом разбивая мне сердце. – Я убегала и прежде, но всегда возвращалась. Я полагала, что даже если она и ненавидит меня, то все равно нуждается во мне, понимаешь? А потом… я не помню, что произошло. Не в деталях. Она везла меня в школу, не знаю, почему, и… должно быть, у нее случился какой-то нервный срыв, потому что она вдруг начала кричать на меня.
Она говорила ужасные вещи, а я… я помню, что пыталась заставить ее остановиться, хотя бы притормозить, но она… черт, я не знаю, о чем она думала.
Джена стиснула зубы, ее губы превратились в тонкую бледную линию, будто она не хотела запачкать окружающий нас воздух этими словами.
- Джена, - произнес я, нежно поглаживая ее запястье, - что она сделала?
- Она вытолкнула меня, - ответила она просто и подняла голову, встречаясь со мной взглядом, будто призывая попробовать объяснить это.
– Она пихнула меня вбок, а потом резко повернула. Замок на двери был сломан, так что я просто… вывалилась из машины и покатилась по дороге, а когда сумела подняться, увидела, что она даже не остановилась. И… я больше никогда не видела ее. Мне было восемь, Кайден. Восемь. Насколько чокнутым нужно быть, чтобы так поступить с ребенком? Да она могла убить меня, и ее совершенно это не волновало! Вероятно, она подумала что-то вроде «Одной проблемой меньше» и забыла обо мне.
Мне казалось, я видел, как это произошло, ее глазами. Джена смотрела на меня – бледная, обессиленная, поверженная, и когда она заговорила снова, ее голос звучал смиренно, словно она ничего другого и не ожидала.
- Так что… нет, - произнесла она, - я не уходила. Это она вышвырнула меня.
- Я… - я запнулся. Руки сводило от ярости. Я тоже вырос на Земле.