Если бы не война, мы могли бы отдать адмирала Геррала под трибунал, и я знаю, что Совет поддержал бы тебя. А что до первого происшествия… - Кайден беспомощно пожал плечами, - ты умерла в космосе. Подобный опыт оставил бы след на ком угодно, а ты единственная, кто когда-либо возвращался назад. Ты никак не могла предугадать свою реакцию.
Я уже открыла рот, чтобы возразить, но он еще не закончил:
- Послушай, я знаю, что ты требуешь от себя только лучшего, но… по-моему, ты и так лучшая.
И… на самом деле, я просто рад, что ты вернулась живой. – Кайден внимательно всмотрелся в мое лицо, стремясь удостовериться, что я поняла все, что он хотел сказать, а не просто жду своей очереди, чтобы завязать спор. – Согласна?
Перестань корить себя, - словно бы услышала я укоризненный голос Кайдена в своей голове, - ты уже и так делаешь невозможное. Никто не посмеет сказать, что ты выкладываешься не на все сто, а на большее никто и не способен.
- Согласна, - повторила я.
В течение нескольких секунд он просто смотрел на меня, стараясь, казалось, заглянуть в самую душу, и в его глазах я видела, как он боялся, что со мной что-то случится. Когда-то я бы назвала его опасения глупыми и необоснованными, но эта война заставила меня понять, что я вовсе не сверхчеловек и что, принимая утешение, не становлюсь слабее. Почему-то мне захотелось извиниться перед ним, попросить прощение за то, кем я являлась, за то, что ему придется волноваться за меня снова и снова, но я знала, что он ответит - что я не понимаю, что означает быть с кем-то.
Разделять лучшее и худшее. Сегодняшний день просто стал еще одной отметкой в колонке «худшее».
Он отвел взгляд, чтобы снять последнюю деталь брони, и стянул ботинок с моей ноги гораздо аккуратнее, чем я сама это делала.
- Знаешь, - неуверенно начала я, - если бы я заранее знала, как поведу себя, то послала бы вперед кого-нибудь другого. Я бы… попросила помощи.
Слова весьма неохотно срывались с губ, и мне пришлось сделать над собой усилие, чтобы произнести их, но в итоге я почувствовала себя лучше, на душе полегчало. Я вспомнила то, что Кайден говорил несколько лет назад, когда погибла Эшли – что я должна понимать: другие люди могут принимать те же решения и приносить те же жертвы, что и я, а мое нежелание предоставлять им такую возможность доказывало не мое упрямство, а мою глупость.