Он закашлялся и сжал бедро чуть выше того места, куда вошла пуля, а затем прохрипел: «Обрежь ниточки и что останется? Ничего, ты ничто…»
Одним плавным движением я подняла оружие и, глядя вдоль ствола, направленного прямо ему в лоб, наблюдала, как его холодные голубые глаза наполняются осознанием того, что он делает свой последний вдох. Никогда я еще не чувствовала себя столь могущественной, столь владеющей ситуацией.
Усмехнувшись, я заметила: «Я все еще жива» и нажала на курок.
Калверн был убежден, что я неспособна думать самостоятельно, что без него я буду походить на потерянного ребенка и, оставшись в одиночестве в этом сложном мире, стану умолять других дать мне цель в жизни, как это делал он.
Отчасти именно поэтому я вышла из себя, узнав, что в Альянсе мне снова придется выполнять приказы. Мне хотелось доказать им – всем и каждому, кто когда-либо недооценивал меня – что я могу действовать по-своему. Но потом я нашла свое место в жизни, выкроила уголок в этом мире под себя, пусть и не задержалась там надолго.
После появился «Цербер» и сообщил мне, что я даже умереть не могу до тех пор, пока осталась незавершенная работа. Они пытались вновь привязать ко мне ниточки и заставить плясать под их дудку. Послав их, я целую неделю лучилась оптимизмом, наслаждаясь подчинявшимся мне независимым кораблем и командой самых лучших бойцов, с которыми я собиралась остановить Жнецов и спасти галактику. Опять.
Мне хотелось показать им – всем им – чего может достичь эта брошенная кукла, если позволить ей самой распоряжаться своей жизнью.
"
"Это не продлилось долго. Ничто хорошее никогда не длиться.
Предполагалось, что задание Хаккета не доставит мне хлопот. Проникнуть в стан врага, забрать заложника и исчезнуть. Батарианцы даже не знали о моем присутствии, пока Кенсон не активировала сигнализацию во время нашего отступления. Когда же она рассказала мне о находке, о том, что существовало подтверждение угрозы Жнецов, я ощутила не только страх, но и толику возбуждения.
Я уже представляла, как предоставлю эту информацию Альянсу и Совету вместе с теми сведениями, которые добыла сама, и они обязаны будут мне поверить. Тогда я смогу сплотить расы галактики под своими знаменами перед лицом грозящей нам опасности. На эту роль не подойдет ни Альянс, ни Совет, ни, тем более, «Цербер». Только я – я не принадлежу ни к одной из сторон, у меня много нужных контактов, я сумею одолеть их.
Кейден поймет, чем я занималась все это время.