Помните, в электричке? Это были вы и всё мне рассказали! Что она даёт вам, ну, то есть директору, деньги, занимается благотворительностью и это дело вы не оставите. Прямо не сказали, конечно, но это и так было ясно.
Директор засмеялся.
– А хорошо было придумано, да? Я себя даже хвалил. Дедок в электричке, разговоры запросто!
– Хорошо, – согласился Илья Сергеевич. – Только дедки, как правило, не цитируют английских поэтов. Ведь тратил он деньги, добытые честно! Так вы сказали. И ехали вы, правду сказать, странно, Олег Павлович, – из Ярославля, но с полными корзинами.
Вы же не могли ездить за грибами в город! И сказали, что вам выходить на следующей, а следующая за Сокольничьим остановка через сорок минут, и в селе я вас ни разу не видел.
– Кать, сходи, попроси там, чтоб кофе нам принесли. Или лучше виски?
– Петь, остановись!
Директор перепугался:
– Не нужно, не нужно никуда ходить, Катерина, что вы! Я сейчас позвоню, и всё принесут! – И нажал кнопку на телефонном коммутаторе, стоявшем на столе.
Тот длинно и солидно прогудел раз, другой, третий.
– Видимо, мысль о дочери и её женихе приходила вам в голову, верно, Олег Павлович? Иначе зачем бы вы стали их сюда заманивать, придумывать деньги, которые Лилия Петровна вам оставила.
– Приходила, – признался директор.
Не дождавшись ответа коммутатора, он зашагал к двери, распахнул её и что-то негромко приказал секретарше.
– И на вызов мой отвечайте, не спите! – недовольно добавил он уже из кабинета и вновь обратился к собравшимся: – Видите ли, я не хотел никакого… шума.
Никакого дополнительного или частного расследования! Но мне на самом деле важно было знать, кто убил Лилию. Кто на самом деле её убил! Не для того, – тут Олег Павлович вздохнул, – чтобы правосудие восторжествовало. Просто, чтобы понимать, кто из нашего с ней окружения способен на убийство. Она была непростым человеком, ох, непростым, но за что её убивать?! Я аккуратно навёл справки и выяснил, что есть такой профессор Субботин, которого иногда привлекают к деликатным и неоднозначным делам.
И я… нашёл вас и постарался заинтересовать.
– Понятно, – пробормотал Илья Сергеевич неизвестно зачем.
– Мысль о том, что дело может быть в дочери, мне в голову приходила, это точно. Лилия Петровна то и дело намекала, что у дочки проблемы. Но… как бы это сказать… ей нравилось, когда у её Лилечки возникали проблемы. Разумеется, не сами проблемы нравились, а нравилось их решать. В этом деле она была виртуоз!..
