А ты по грибы напросился из баловства или впрямь лес любишь?
– Из баловства, – признался Илья. – Я люблю лес, но бываю даже не каждый год. Маленьким меня родители возили, а сейчас уже давно не езжу.
– Не каждый го-од, – протянула Клавдия недоверчиво. – А как же ты живёшь, остолбень? Без лесу никакой жизни-то и вовсе нету!.. Находишься, надышишься, наглядишься да сколько всего с собой принесёшь, полны руки!.. Ягоды, грибы, травки всякие! Я три дня не схожу, так как будто заболею!
– А зимой?
– Чего зимой?
– Зимой тоже ходите?
– В лес-то? Да я круглый год хожу! Зимой-то пореже, это верно.
Но и то! У меня вон, в сарайке лыжи папанины, охотничьи самоделки. Двадцать вёрст отпашешь, и ничего, как новая! Я на магазинных-то походила, чуть жива вернулась. А папанины лыжи сами летят, только успевай ноги переставлять.
Они дошли до большой проезжей дороги и пошли по обочине. То ли глаза приспособились к темноте, то ли стало чуть посветлее, но Илья почти не отступался. Клавдия же летела, как тяжеловесная, но быстроходная машина!
Вскоре Илье Сергеевичу стало жарко, и он расстегнул куртку.
– Простудишься, грибник. Или чего? Разжарился?
– Почему вы одна живёте, Клавдия? Без мужа?
– Так ведь жизнь так заставила, не сама-то порешила – буду одинокой бабой век коротать! Только, видать, так и помру в одиночестве.
– Да вы всё время на людях, готовите так, что все по пять раз в день едят, весёлая, – и одна?
– Да мал ты ещё, чтоб жизнь понимать, – фыркнула Клавдия. – Я и сама её не пойму. Вроде всё было, а быльём и поросло.
Как будто не баба я, а вот подруга боевая! Может, оттого, что громкая, видная, так оно и вышло. Ни в коня, ни в Красную армию. Ты-то вон тоже жениться не разбежался, а ведь наверняка девка есть, которая только тебя и ждёт. За кого ей замуж идти, если ты не возьмёшь? Так бывает, когда для тебя только одного человека Бог и создал.
Илья быстро шёл, смотрел под ноги и внимательно слушал.
– Вот и станет она с неподходящими мыкаться, да так и не намыкает ничего. Меня ещё Господь уберёг, детей нету.
Хоть иногда и поревливаю, особенно как внуков чужих погляжу или на свадьбе у кого погуляю. А потом думаю – не, без отца, да случись со мной чего, сиротой на всём белом свете останется, и хорошо, что нету. А чего ж ты всё выспрашиваешь, а?..
– Мне нужно.
– Зачем тебе, Илюшенька, жизнь нашу разбирать? У тебя свои дела, а у нас тут свои.
– Я хочу знать, кто и почему задушил женщину.
– Да как же?! Кто задушил, тот в тюрьму посажен.
– Я в это не верю.
