Последние слова прозвучали как легкое предупреждение, и в другом случае бета услышал бы ответный грозный рык. Но сейчас Алек снова устремил взгляд на супругу и просто пропустил слова друга мимо ушей. Даже зверь внутри был заворожен своей парой. И ради ее счастья он готов сдаться и весь вечер просидеть вот так, наблюдая за ее весельем. Но когда Сара в очередной раз споткнулась, да еще громко хихикая, он удрученно покачал головой и решил, что хватит. Пора монополизировать ее внимание.
Девушка снова неуклюже закружилась по танцплощадке.
Светлые локоны выбились из прически, а фата давно лежала на стуле. В тот момент, когда Алек резко поднялся со своего места, Даррел как раз спас «луну» от очередного возможного падения. Вокруг все затихли. И это была не оглушающая тишина, полная страха, а то озорное молчание, когда каждый понимает, что пришло время молодой паре скрыться для частной вечеринки."
"С грацией истинного хищника мужчина направился к ничего не подозревающей супруге. Та громко хихикала, извиняясь перед другом за свою неуклюжесть.
Алек покачал головой. Почему позволенные для отвода глаз два бокала вина подействовали на девушку столь опьяняюще? Скорее всего, свою роль сыграла и беременность. Организм оборотней алкоголь перерабатывает и нейтрализует настолько быстро, что кажется, будто они вообще не пьянеют.
Но Сара — человек, человеческая женщина, хоть и соединившаяся с волком и носящая его детей, и в ее случае организм тоже пытается ускорить процесс расщепления алкоголя. Вот только это, по-видимому, привело к тому, что даже незначительное количество вина сильно ударило ей в голову.
Ведь невооружённым взглядом видно, что невеста навеселе.
— Спасибо, Даррел, дальше я сам, — гортанно уверил он, сжимая ладонями талию своей супруги и тем самым помогая ей устоять на ногах.
Сара резко развернулась в кольце его рук, и от этого мир вокруг нее завертелся еще сильнее.
— О, мой новоиспеченный муженек! Такой сексуальный в своем костюме… А эта гладкая кожа просто сводит мое либидо с ума! — ее ладонь прошлась по мужскому подбородку.
Глаза Алека заблестели золотом, выдавая, насколько волку нравятся слова его пары. Вино явно развязало Саре язык, и мужчина даже повеселел от мысли, как она с утра будет воспринимать все то, что лепетала в пьяном угаре.
— Так даже не скажешь… Ик! Ой, икота напала, — девушка умильно закусила нижнюю губку, содрогаясь от частой икоты.
— Что не скажешь? — допытывался Алек, заинтригованный ее словами.
